Ген подчинения. Том 3

«Эта китайская женская магия просто бесила! Да ей двадцати семи не дашь, а тут уже под сорокез, ну ей богу, кажется, когда на небесах создавали азиатов, где-то в их жизненном цикле между двадцатью и пятьюдесятью забыли прописать морщины и прочие мелочи…

— Вы потрясающе выглядите для своих лет, никогда бы и не сказал, что Вам уже есть тридцать.

— Оу, мне очень приятно слышать это от Вас. — невзначай соприкоснувшись со мной плечом, проронила та. — Однако, несмотря на Ваши комплименты и мои старания по уходу за собой, я всё так же остаюсь дня нашего социального общества чем-то неликвидным.

Из-за возраста таких, как я, называют объедками, пережитками или просто пользованными женщинами. Знаете об этом?

— Знаю. — отозвался я. В этом плане китайское общество по отношению к женщинам действительно было очень резким, жестоким и отсталым. Всех незамужних девушек от двадцати пяти до двадцати семи так и называли, объедками. Так и хочется спросить, где же тот хваленный западный феминизм и почему они не помогают своим восточным коллегам отстаивать доброе имя белых (и не только) женщин.

— И как к этому относитесь? — Всё так же глядя на меня с некой надеждой, спросила та. Ну что ей я на это мог ответить? Внимание очередной начальницы и ухаживание с её стороны мне были не нужны, но и врать я не собирался.

— Как и любой другой русский мужчина, негативно, разумеется. Эти возрастные планки, на мой взгляд, созданы завистливыми малолетками, выскочившими замуж в восемнадцать, что с пеной у рта, наблюдая за тем, как свободно живут их более взрослые коллеги, не могут принять чьей-то самостоятельности и силы.

Нет разницы, двадцать тебе или тридцать, каждая девушка, ровным счетом, как и мужчина, достойны своего маленького счастья, просто мы не знаем, когда именно оно постучится в наши двери. — Лупанув с плеча первую пришедшую в голову мысль, подслушанную на какой-то ТВ-программе, ответил я.

— Миха-ли, с такими изречениями Вас бы в коммунистическую партию, да женским оппозиционером.

Не знаю, как другие, а я бы за вас точно проголосовала. — под осуждающие и ревнивые взгляды мужчин-коллег, сновавших на втором этаже, проговорила та. Только непонятной ревности от своих мне ещё не хватало… Наверняка наша вчерашняя встреча с Хэ уже известна большей половине местных, если не каждому, и сейчас, когда я вот так чуть ли не под ручку гуляю по коридорам с очередной дамочкой, это выглядело как минимум странно.