— Ради чего? Ради пары золотых приза за прохождение первого тура? Эти деньги я и сам могу тебе дать. А до призовых тебе не добраться.
— Деньги? — туман перед глазами немного рассеялся, и я сразу сумела неплохо влить в искру. — Какие призовые?
— Экая жадная девочка, — несколько изумленно протянул он.
А как иначе, когда за спиной разоренное королевство и обнищавшая родня? Я пока даже сестер с мачехой одеть не способна, охране нормально заплатить не могу, а мне земли поднимать…
Облизав мокрые от дождя губы, я сбросила со лба прилипшие пряди и скомандовала:
— Ладонь чуть выше, лорд, вы не совсем попадаете.
Да, вот так…
Не знаю, что в моих словах Ульриху показалось смешным, но он вдруг бархатно и низко, как-то по-мужски хохотнул.
— Как скажет моя леди.
— Вливайте.
— О, девочка любит командовать…
Вновь ударила молния, и в этот раз пошло намного лучше. Не обращая внимания на обжигающие касания магии, я скручивала ее в жгуты и вливала в нужную мне искру. Еще и еще. Сжав зубы, сосредоточенно.
Стараясь не отвлекаться на нависающего надо мной Скалу, чья белая рубашка была расстегнута, да еще и стала практически прозрачной от воды."
"Звезды на его коже сияли ослепительно-победно, тонкие линии магических каналов пытались соединить их в созвездия, но прерывались металлически жесткими перехватами логров. Тело лорда казалось скованным серебряными обручами… По загорелой смуглой коже текли струйки воды.
— Как ты, Кудряшка?
— Еще!
— Да бери.
Я выгнулась от ослепительной боли, с трудом глотая пахнущий озоном воздух, и закричала.
Жалуясь. Благодаря. Ликуя. Потому что в моем теле родилась звезда.
ГЛАВА 38. Мы, Хельвины, хоть кого укатаем
Мысли кружили приятными облачками. Год за годом я пыталась добыть звезду, билась как баран в сарай, на смех окружающим. Еще немного и слуги начали бы поговаривать за спиной.
Папа уже громко говорил, что я безнадежна, что кровь Хельвинов испорчена водой неудачной женитьбы. Что я чрезмерно холодна, как многие северные девы и надежды на меня нет.
Но я смогла… Смогла!
— Она плачет? — совсем рядом глухо произнес голос Гектора.
— Только что смеялась, эмоции всегда приходят со звездой, — устало ответил Скала.
Он нес меня на руках, мир вокруг плавно качался, а где-то далеко в вышине золотыми виньетками плыл потолок Детского дворца. Сразу после получения звезды Форсмот высказался насчет моего упрямства, физической формы и склонности к непослушанию.
