Он огладил изящными пальцами в массивных кольцах стриженную бородку, отчего-то очень внимательно рассматривая мои кудри.
— Только тех, — вступился за меня Беранже, — что несколько чужды нашей культуре. Так-то девочка очень воспитанная и послушная.
У Людвига сощурились глаза. Принц уже имел счастье познакомиться со мной ближе и не со всеми заявленными описаниями был согласен. Помнится, требования явиться к нему я проигнорировала, попытки воздействовать силой — ловко пресекла, а то, что он пытался выдать за свидание — перевела в тренировку, от души его при этом лягнув.
Проклятие! Только бы не принялся спорить, опровергая церемониймейстера.
К моему облегчению, король больше никому не позволил высказаться по моему поводу. Наклонил голову с аккуратно завитой прической и серьезно сказал, глядя на Беранже:
— Главное, не забудь, что твоя основная обязанность — организация дворцовых дел, а не опека хорошеньких юниц.
Стоявший рядом с ним Людвиг согласно кивнул. Золотые кудри принца перетягивала широкая шелковая лента, но старше он от этого не выглядел.
Светлые глаза смотрели пусто, капризные пухлые губы пренебрежительно ухмылялись.
— А если преклонный возраст мешает вам, граф, — обманчиво ласково сказал он, — и нужна помощь, я могу предложить брату достойную кандидатуру. Лорд Ципель легко примет на себя часть ваших забот. Уж праздники он умеет устраивать с настоящим огоньком.
Я заметила, что принц позволял себе ироничный, слегка пренебрежительный тон.
Церемониймейстер побагровел так, что цветом лица стал схож с алым узором, украшавшим его парчовый жилет.
— Я прекрасно справляюсь, Ваше Высочество, — просипел он.
— Тогда оставлю на вас с Эдгардо все серьезные разговоры, — младший принц скроил лениво-брезгливую гримасу и вдруг шагнул, перехватывая мою ладонь в кружевной перчатке. — Мы с Хани еще слишком молоды, чтобы скучно стоять, когда играет музыка. Что скажешь, Шелковая девочка, потанцуем? Брат, ты же не против?
Не дожидаясь ответа, он потянул меня прочь от королевской компании.
Я едва успела присесть в легком прощальном реверансе и машинально повернула южный круг ладонью, склонив подбородок. Заметила, как прицельно сощурился взгляд короля, он явно брал на заметку фамильярно-близкое обращение принца ко мне. Граф вскинулся, открыв рот, но так и не сказал ни слова. Двое театрально наряженных «южан» застыли. Одежда-одеждой, но вежливости бы их поучить…
А Людвиг уже вел меня за талию в первом па.
