— Сразу три невесты из гнезда Упрямцев Хельвинов? Не слышал о семействе лет пятьдесят, а оказывается, они все еще живы и весьма плодовиты, — сказал мужчина, погладив салфетку на объемном животе. — Ох, уж эта далекая северная глушь, что там происходит, одному Мару известно… Вы опоздали, но на первый раз простительно. Присаживайтесь на свободные места по левую сторону. А вам, лэра Дарой, такие ошибки уже непозволительны, — он пощелкал толстыми пальцами в кольцах, раздумывая. — Нет, непростительно. Поэтому ваше место на сегодня — в дальнем конца стола, на углу.
Побудете одна и подумаете о своем проступке.
Что?!
Что-о он сказал? Отчитывает баронессу как провинившегося конюшенного? Да что здесь происходит?!
Даца спокойно уселась на углу, не выказав ни тени обиды. То есть сама она урона чести не видела. И перед этим не удивилась, когда при нашем появлении мужчины за столом даже не попытались привстать.
Хм… Местный этикет явно отличался от мне привычного.
Поэтому смиряем привычку мчать в бой, будущая герцогиня, а думаем сначала головой.
А то я своим непрошеным заступничеством могу и ей, и своей семье сделать только хуже… Представлю-ка я, что читаю книгу. Глупо же на неприятной сцене начинать рвать страницы, лучше сесть поудобнее и подождать, что будет дальше.
Я уговаривала себя, струнила как могла. Сохранив отстраненное выражение, не торопясь, спокойно села после сестер, подальше от вредного толстяка.
Тот промокнул рот платком, поменял положение в кресле, усаживаясь поудобнее и заговорил снова.
— Позволю себе на минуту прервать наш завтрак, чтобы познакомить новеньких с нынешними жителями Лунного Дворца, который мы привычно называем Детским. Прежде всего, я — граф Реджинальде Беранже, королевский церемониймейстер…"
"Как у многих аристократов срединных земель, название рода заканчивалось на гласную. Причем Беранже я вообще не помнила, а это значит, они из Младших родов, которых было сотни, и я, по своей лени, их даже не пыталась запомнить.
— … Первыми представлю сидящих по правую руку от меня княжичей Габардилов — Филипа и Когана…
Уже знакомые мне братья, с одним из которых я «весело» провела утро, едва заметно кивнули сестрам, а меня одарили взглядами, полными неприязни.
— … Виконт Вильям Нефа и лэр Рифах Зейграш-Каорский…
Виконтом оказался полный молодой человек с румянцем на обе щеки. Услышав свое имя, он приподнялся, и с его одежды попадали крошки.
