Гении места или Занимательная география (СИ)

По двое – Мандры и Лейфы, и один Альфаир. Он был единственный Альфаир в Квинтуме. Что они могли и знали? Много. И ничего.

Ильдар мог связаться с каждым кифэйем из своей квинты. Он был “связистом” Квинтума – эти данные были “загружены” в его голову. Когда он обращался к этой своей возможности, для того, чтобы вызвать очередного кифэйя, Ильдару становилось страшно: будто оказывался вдруг на краю пропасти – так пугал этот объем информации. Он мог “видеть” геном кифэйя – при личном контакте. Этой способностью наделяли всех представителей Квинтума.

Именно она давала им возможность как-то управлять всеми кифэйями – если слово “управление” тут вообще можно было применить. Прикидывать, расставлять, составлять пары. И ждать. Ждать – как и всем им.

Он знал, что кифэйи пришли сюда из иного слоя. Он знал, что они не люди, и тело – человеческое тело, для них просто костюм, чтобы существовать в этом мире. Воспоминаний о существовании в том, своем мире, почти не осталось – видимо, человеческий мозг был все же не в состоянии это уместить в себя.

И так его тело слишком разительно отличалось от среднестатистического жителя Земли. Хотя не так сильно, как у Старших кифэйев.

Что бы там не думали прочие кифэйи: о том, что в Квинтуме функционировали самые-самые – это было не так. Обыкновенные, самые обыкновенные. Взять хотя бы Ильдара – Альфаир первого уровня. Просто его выбрали – почему-то, зачем-то. Засунули в голову кучу информации – он почти не помнил, как это происходило.

Изменили тело – он точно знал, что отличается не только от обычного человека, но и от обычного кифэйя, но старался не думать, в чем эти отличия и для чего они. Все это происходило в штабе Квинтума – а он был, самый настоящий, один из нескольких, насколько Ильдар знал, и располагался в этой чертовой Москве – чтобы кифэйям было проще добраться туда. Точнее, это было Подмосковье, но сути не меняло. Впервые оказавшись там, Ильдар познакомился с одним из двух встретившихся ему на жизненном пути Старших – с Альфаиром первопрестольной. Хорошо, что встреча была единственной. Странное впечатление производил Старший Альфаир – строгий неулыбчивый человек без возраста. А глаза у него были такие, что Ильдар четко понимал: попросит тот – и он, Ильдар, из окна выбросится. Не потому, что гипноз или еще что – а потому, что знает точно, что если тот просит – значит, надо. Просто так надо. И это ужасно нервировало.