— Тяпа!!!
Могучие челюсти разжались, рука вывалилась из пасти, изрядно помятая и обслюнявленная.
— Что здесь происходит?! Тяпа, место!!! Арина, что происходит в моем доме, я спрашиваю?!
— Убиваю-у-у-ут! Спаси-и-ите! Помоги-и-ите! — тихонько простонала обслюнявленная Галина мамаша.
— Врача! — пискнула Галя.
Громко стонать и пищать никто не решался.
Хохлов кинул на пол какие-то пакеты, целую кучу, подошел, отпихнул Тяпу и ощупал мамашину руку.
— Зачем вы засунули ладонь ей в рот, Тамара Германовна? — осведомился он.
— Хорошо, что она не откусила, а могла бы!..
— Она бешеная! — задыхаясь, простонала мамаша и села на пол. — Бешеная она! Усыпить! А мне укол! Укол в живот!
Хохлов еще пощупал, а потом приказал:
— Пойдите и вымойте руку, она вся в слюнях! Арина, почему ты без штанов?! Галя, как ты сюда попала?! Мы же решили, что ты здесь больше не живешь! Тяпа, место, я сказал! Почему на полу вода? Меня опять залили?
— Это я тебя залила, — призналась Арина. — Я мыла собаку, а она отряхнулась, и вот теперь вода кругом.
— Что ты делала? — переспросил Хохлов.
Арина совсем сникла:
— Собаку мыла.
— Таких собак, — сказал Хохлов назидательно, — моют на автомобильной мойке. В ванне их мыть нельзя. И чем ты ее мыла? Моим французским шампунем?
— Она бешеная! Они обе бешеные! Она на меня собаку натравила! Мне теперь придется уколы колоть! Ты мне заплатишь! Ты мне за все заплатишь, урод проклятый!..
— Да вы посмотрите на руку, Тамара Германовна, — предложил Хохлов, — на ней ни одной царапины нет, рукав даже не порван! Какое бешенство?! Кто вас травил собаками?!
— Твоя любовница, — пропищала Галя.
— Твоя любовница натравила собаку на мою мать!
— Ты мне за все-о-о-о, за все-о-о-о заплатишь! Ты думал, что просто так отделаешься?! Не на ту напал! Все у тебя отберу, деньги отберу, квартиру отберу, машину, голым в Африку пущу, куда ворон костей не заносил!.. По суду отберу, сейчас у народа все права есть!.. — выла мамаша.
— Вы… о чем это? — спросил Хохлов. — Галь, зачем тебя сюда принесло?! Мы же все решили!
— Ни… ни… ничего мы не… не решили! Это ты меня бро… сил… подонок!
— Я подонок, — согласился Хохлов.
— И я тебя бросил. И дальше что?
— Мить, — тихонько сказала Арина, — я, пожалуй, поеду. Где моя одежда?
— Понятия не имею. Я тебя не раздевал, — заявил Хохлов с ужасающей бесцеремонностью. — Подбери пакеты с пола и засунь еду в холодильник. Поняла?
— Митя, я не могу…
Хохлов подошел к ней, взял за руку повыше локтя и поволок за собой.
