– Вообще ничего о том дне не помню! Николай прав, я все забыла!
– Дура! – выпалила Агния и залпом опустошила чашку с чаем.
– Обалдеть… – прошептала Надя. – Зачем ты врала?
– Не знаю, – зарыдала инвалидка. – Так получилось! Само собой!
– Вам не стыдно мучить несчастную? – завизжала Агния. – Пусть она не заметила Соньку, но всем и так ясно, кто мою доченьку с балкона скинул!
Лена заплакала с еще большим отчаянием.
Надя вскочила, подошла к парализованной женщине и стала гладить ее по голове.
– Тише, тише, успокойся…
Я посмотрела на красную от злости сестру Андрея Валентиновича и поразилась внезапно пришедшей мне в голову догадке.
Но сейчас о ней нельзя говорить, требуется проверить мое предположение.
– Вот он видел Соньку! – завопила Агния. – Егор! А ну повтори, что нам говорил тогда!
– Кто? Я? – занервничал Федоров.
– Именно, – вмешалась в разговор Лидия. – Я хорошо помню твой рассказ, как ты хотел напугать Юрку. Тот сидел в кресле у камина, его полностью скрывала высокая спинка, а ты полз по полу в медвежьей шкуре и через дырки в морде на месте глаз видел на балконе Лену и Соню.
Так?
– Ну… э… – замямлил Егор, – типа… в общем…
– Точно! – вскинула голову Надя. – Егор подробно описал Соню, ее одежду – джинсы и какую-то футболку.
– Розовую, – подала голос Агния. – А Сонька поняла, что ее разоблачили, и кинулась на Егора. Но не могла его поймать и от злости пихнула в грудь Юру.
– Сделала моего сына на всю оставшуюся жизнь дураком, – всхлипнула Коровина.
– Надя, прекрати, – поморщился Николай. – Я непременно вылечу его.
– Конечно, – засмеялась Эстер, – помогут ему твои капли. Помнится, ты сынишку все детство ими поил, чтобы, как ты говорил, «мозги ребенку развивать». Не шибко помогло.
– Дура! – гаркнул Николай.
– Шарлатан! – не осталась в долгу экономка.
– Пожалуйста, перестаньте, – попросила я.
– Знаете, я забыл все начисто, – признался Егор. – И вас всех совсем не помню.
– И мы бы мимо тебя прошли, не поздоровались, – огрызнулась Агния.
Я попыталась купировать нарастающий скандал:
– Трудно узнать во взрослом мужчине маленького мальчика. Вернее, невозможно.
– Не понимаю, о чем спор? – подала голос Лидия Сергеевна. – Сейчас Егор ничего не помнит, но тогда он четко указал на Соню. Моя дочь призналась, что толкнула с балкона Елену, которая отвратительно вела себя в нашем доме. Мы пережили трагедию. Что еще надо? Все давно закончилось, быльем поросло, не стоит будить спящих собак.
