В его глазах она прочла радость и что-то похожее на испуг. Или недоверие. Потом до нее донесся его изменившийся голос:
– Д-дафна, я т-т…
Она положила палец ему на губы и сказала:
– Поцелуй меня.
И он выполнил просьбу. Поцелуй не был пылким, жгучим. Он был благодарным. За ним последовали другие, уже иного свойства – он покрывал поцелуями все ее тело, руки помогали ему ласкать ее. Простыни и одеяла сбились в изножье кровати.
В отличие от прежних ночей в эту ночь Дафна могла не только чувствовать и всецело отдаваться чувству, но и думать.
Она думала о том, что узнала сегодня днем, о том, как это может повлиять на их отношения. Пожалуй, именно сейчас в ней проснулось материнское чувство к Саймону, ее мужу. Она хотела – о нет, не заменить, но по возможности восполнить ему потерю матери… отсутствие родительской любви и заботы. Хотела помочь ему выбраться из пучины ущербности, освободиться от стыда за свое поруганное детство, от чувства ненависти к отцу, а возможно, и к самому себе…
Его глаза, напряженную голубизну которых она различала даже при свечах, говорили ей больше слов.
Когда он проник в нее, она снова заглянула в них и увидела боль. Муку. Но отчего?
– Саймон? – прошептала она, делая усилие, чтобы умерить на мгновение свое желание. – С тобой все в порядке?
Он кивнул. Зубы его были стиснуты. Он слегка отвернул голову, тело начало совершать освященные древностью колебания, и она забыла обо всем…"
"– Пожалуйста, Дафна, – услышала она его прерывистый шепот.
– Сделай это… Сейчас… сейчас…
И она послушалась его, ибо сама хотела того же и не могла больше ждать. Мир взорвался вокруг нее. Она плотно сжала веки, в закрытых глазах мелькали блики света, круги, точки, звезды… Она слышала звуки музыки – скорее биение собственного сердца, смешанное с легкими стонами, которые не в силах была сдержать.
Саймон вонзился в нее последний раз, затем поспешно вышел и, отодвинувшись на край кровати, излил семя на пол.
Потом он прижался к Дафне и принялся целовать лицо, волосы, шею. Так бывало и в предыдущие ночи, и после занятий любовью они быстро засыпали.
Но сегодня Дафна испытывала странное беспокойство. В теле она ощущала обычную истому, успокоение, но все равно что-то было не так. Что-то находившееся в самой глубине сознания мучило ее, нагнетало сомнения, неудовлетворенность.
