Герцог в моей постели

Но Луиза уже не слышала его, целиком отдавшись ожиданию новых, не испытанных доселе ощущений.

Луиза почувствовала дыхание герцога на своей щеке. Все ее существо словно застыло в ожидании первого поцелуя, но, вопреки ожиданию, его светлость поцеловал ее почему-то не в губы, а в щеку, под глазом, в том месте, где кончалась повязка. За этим поцелуем последовал еще один и еще…

– Это и был поцелуй? – спросила она.

– Да, и не один, – ответил Брэй.

– Я их чувствовала, – проговорила Луиза, – но… не на вкус.

– Хочешь на вкус? – спросил он.

– Хочу, – прошептала она.

Его светлость взялся обеими руками за края книжного шкафа, к которому она стояла спиной. Таким образом, Луиза оказалась в кольце его рук. Губы герцога продолжали целовать ее щеку, другую, уголки рта, заигрывали с ее ухом, стали скользить по шее, затем, не отрываясь, проделали обратный путь.

Вот он! Наконец! Первый поцелуй…

Губы коснулись губ, и Луиза издала невольный стон.

– Открой рот, Луиза, – прошептал герцог.

Еще мгновение назад Луизе казалось, что она готова сделать все, что ни скажет ей герцог, но сейчас она вдруг замерла в нерешительности.

Зачем?

– В чем дело? – удивился он. – Ты ведь, кажется, сама хотела?

Впрочем, Луиза сама уже чувствовала, что обратного пути нет.

Сильные руки герцога обхватили Луизу и крепко прижали к могучей груди.

– Открой рот, Луиза. Я покажу тебе, как это делается, а затем ты сама…"

"Луиза приоткрыла губы, и язык герцога скользнул между ее зубами. Луиза вдруг инстинктивно поняла, «как это делается», и стала отвечать на его ласки.

Луиза обняла герцога, желая притянуть поближе. С каждым мгновением их поцелуй становился все более страстным. Язык герцога, казалось, проникал в самую сердцевину ее существа.

– Ну а теперь ты, Луиза, – произнес он.

Луиза уже ничего не стеснялась. Ее язык скользнул к нему в рот, медленно обследуя, изгибаясь так немыслимо, что Луиза сама поражалась этой гибкости.

Наконец, оторвавшись, его светлость произнес:

– Ну и каков я на вкус, Луиза?

– Вы… ты вкуса страсти, – отвечала она.

– Страсть? – удивился Брэй. – Мне никто еще такого не говорил… Но, пожалуй, я соглашусь с тобой!

Губы герцога стали медленно скользить по ее шее, спускаясь все ниже, пока не достигли соска, прорисовывавшегося сквозь шелковую ткань платья. Луиза замерла, отдаваясь новым, доселе неизведанным ощущениям.