Герой

 – Конечно, они получат по полной, но главное – организаторов не упустить, а то смоются под шумок, снимут рясы, амулеты – и ищи потом ветра в поле!

– Не волнуйся, отряды на границе уже приводятся в повышенную боевую готовность, ни один еж не проскочит! – пообещал брат.

– Ладно, с ежами разобрались. Но в твоем рассказе мне кое-что не ясно. Например, почему имперские спецы ждали целую десятицу? Ведь можно было сразу же по прибытии организовать нападение на дворец, а не сидеть сложа руки. Неужели они так долго собирали информацию?

– Я думал, что ты об этом не спросишь, – вздохнул Фариам.

Я понял, что грядут новые проблемы, и мрачно сказал:

– Выкладывай, чего уж там!

– Алекс, церковники действительно долго собирали информацию о дворце, но не только поэтому они ждали десятицу. Дело в том, что они боялись тебя. Они предполагали, что раз ты хороший маг, то вполне можешь выбрать себе личину обычного человека и оставаться во дворце незамеченным, поджидая их. Они ведь понимали, что своими действиями сами подставляются под удар, как и получилось в результате, и вполне обоснованно предполагали, что мы рассчитываем как раз на такое развитие событий.

Поэтому служители Единого не поверили, что ты отправился в горы, и решили, что это – лишь отвлекающий маневр. И знаешь, что подтвердило их предположения? То, что ты попросту исчез после трех дней пути. Растворился по дороге, а наблюдатели на южном тракте не заметили, чтобы какой-то одинокий всадник, хотя бы приблизительно похожий на тебя, проезжал в сторону Подгорного королевства. Им же и в голову не могло прийти, что ты сделаешь крюк и заедешь в Эльфийский лес! Ну а когда ты внезапно возник в глухой имперской деревушке, новость об этом быстро дошла до координаторов, и уже на следующий день убийцы проникли во дворец.

– Ты серьезно? А чего им меня бояться?

Память услужливо подсказала очень известный анекдот, поэтому я растянул губы в улыбке. Вот только она сразу же исчезла, когда брат ответил:

– Алекс, они уже знают, что ты Темный маг.

– Мля-я-я… Приплыли!

Тогда все становится логичным, и у церковников появляются основания меня опасаться. Эх, а я-то рассчитывал, что слухи до святых отцов не дойдут так быстро. Видимо, совершенно напрасно.

– И что мне теперь делать? – уныло спросил я.

– Ничего. Даже если церковники попытаются обнародовать этот факт, то все равно ничего не добьются. Время уже упущено, и теперь народ просто им не поверит.