Герцог на счастье

Потом оглянулся и выдохнул с явным облегчением:

— Ваша милость! — В толпе зевак обнаружился осанистый пожилой мужчина в темно-зеленом плаще с бронзовыми узорами. — Нам нужна помощь. Не соблаговолите ли вы, как храмовый служитель и маг, проверить подлинность заключения брака?

«Интересно, это подставной храмовый маг или случайный честный человек?» — отстраненно подумала я.

У нас с Кеном был запасной план на случай провала, но хотелось решить все максимально законопослушно и без скандала.

Мужчина в зеленом плаще выбрался из толпы зевак, подошел, с достоинством кивнул капитану и внимательно посмотрел на нас с Кеннетом.

Затем поднял руку, сделал какой-то быстрый жест пальцами, и вокруг нашей пары на полсекунды закружил белый вихрь. А потом исчез.

— Брак между этими людьми заключен по всем правилам богов и консумирован, — произнес мужчина звучным хрипловатым басом. — Все здесь присутствующие могут убедиться — лента божественного благословения соединила их руки.

— Это обман! Мошенничество! У меня точные сведения!

Я с удивлением смотрела на разъяренного Роберта и пыталась вспомнить.

Вроде бы раньше у него был довольно мелодичный приятный голос. Даже на прослушке его ругань не раздражала мой слух. А сейчас у него даже лицо перекосилось, превратив красавчика в довольно отталкивающую визгливую крысу.

За моей спиной где-то в экипаже всхлипнула Селестина. Она, конечно, дурочка. Редкостная. Влюбленная. Но не полная же идиотка!

Слишком много нестыковок обнаружилось в ее истории с лордом Робертом.

И теперь, своими глазами увидев, как этот «благородный господин» кипит от злости, пытаясь погубить единственного родного человека, Селестина прозрела окончательно.

— Я тебя обманула, дорогой.

Ох ты, как она эффектно выпорхнула из экипажа! И посмотрела на Роберта как на… как на грязь, в которую случайно наступила.

— Я использовала тебя. И заставила поверить, что мой дядя пропустил все сроки. Но он действительно женат, и этот брак консумирован. Смирись.

Высказав все это, Селестина развернулась и упорхнула обратно в карету.

Не удивлюсь, если там с ней случится истерика. Но этого никто не увидит, кроме Гаспара.

Роберт только на одну секунду замер с открытым ртом. Но быстро опомнился:

— У вас есть королевский приказ арестовать этого человека! Вот и арестовывайте. А виновен он или нет, решать не вам!

Гвардейский капитан закусил губу, но, судя по всему, склонен был покориться приказу.

Я сжала руку мужа. Браслеты на наших запястьях стали теплеть.