Герцогиня-дурнушка

Джеймс плюхнулся в кресло и запустил пятерню в волосы. Было ясно, что он все утро пребывал в скверном расположении духа – волосы стояли торчком. У него были красивые густые волосы; иногда они казались черными, но в лучах солнца отдельные пряди отливали бронзой.

«Вот и еще одна причина чувствовать себя обделенной», – подумала Тео. Ее собственные волосы не отличались красотой; они тоже были густыми, но какого-то невыразительного песочного цвета.

– Ошибаешься, оно мне не подходит, – резко ответила Тео. – Дейзи бывают яркими и привлекательными, а я не отличаюсь ни тем ни другим.

– Ты очень привлекательная, – пробормотал Джеймс, не потрудившись даже взглянуть на девушку.

Она закатила глаза, но, по правде говоря, у нее не было причин сердиться на молодого человека – тот никогда не рассматривал ее внимательно, поэтому и не мог определить, привлекательна она или нет. Да и зачем ему это? Джеймс был всего на два года старше, и они делили детскую практически с пеленок, а следовательно, он прекрасно помнил, как Уигган шлепала ее за непослушание.

– Как прошел вчерашний вечер? – неожиданно спросил он.

– Тревельян не появлялся?

– Джеффри, конечно же, был там, – пробурчала Тео. – Только он ни разу не взглянул на меня. И дважды танцевал с этой волоокой Кларибел. Не выношу ее. Уверена, Джеффри тоже ее не выносит, и это означает, что он просто охотится за ее состоянием. Но если и вправду так… Почему бы ему тогда не потанцевать со мной? Мое приданое, должно быть, вдвое больше, чем у нее. Думаешь, он об этом не знает? А если не знает, – продолжала она, не переводя дыхания, – то, может, ты мог бы придумать способ как-то сообщить ему об этом? Но только так, чтобы это не выглядело слишком уж нарочито…

– Да, конечно, – ответил Джеймс.

 – Я мог бы, например, заявить: «Итак, Тревельян, тупоумный ты увалень, известно ли тебе, что наследство Теодоры достигает многих тысяч? Кстати, как твоя пара серых, которых ты недавно купил?»

– Ты мог бы придумать более искусный способ поставить его в известность, – сказала Тео, хотя понятия не имела, как это сделать.

 – И Джеффри вовсе не увалень. Он привлекательный и грациозный. Видел бы ты, как он танцевал с этой глупой Кларибел.

– Уж не та ли это, что воспитывалась в Индии?

– Да, она. Не могу понять, почему какой-нибудь проголодавшийся тигр не сожрал ее там. С ее пышными формами… она бы могла стать отличным воскресным угощением.

– Ай-ай-ай, – произнес Джеймс; впервые в его глазах замерцали смешливые искорки.