Герцогиня-дурнушка

– Правильно, – кивнула Тео, усаживаясь рядом с мужем и пытаясь не думать о том, как ей приятно чувствовать прикосновение его плеча к своему. – Насколько все плохо?

– Чертовски плохо, – констатировал Джеймс. – Мой отец умудрился довести поместье почти до полного разорения. Он продал все, на что имел возможность наложить руки. И только майорат спас то, что осталось, от исчезновения в его бездонных карманах.

– Что ж, ясно. Значит, очень хорошо, что ты взял управление на себя, Джеймс. Помнишь те планы, которые мы составляли когда-то? Мы думали, как сделать Стаффордшир-мэнор самоокупающимся.

Джеймс в раздражении взглянул на жену.

– Мы тогда были детьми, Дейзи. У нас возникали глупые, далекие от реальности идеи. Вероятно, столь же практичные, как нелепые замыслы моего отца.

Тео поняла, что Джеймс дошел до грани и готов вот-вот взорваться.

– Мистер Рид, – спросила она, – вы можете предоставить мне перечень всего, что осталось у нас в собственности, а также список всех долгов, обременяющих наше имущество?

Управляющий в изумлении уставился на молодую графиню.

– Я вам говорил… – пробормотал Джеймс, делано рассмеявшись.

Мистер Рид обрел дар речи и проговорил:

– Стаффордшир-мэнор входит в майорат, разумеется, как и этот особняк. И еще – остров в Шотландии.

– Остров? – переспросила Тео.

– Остров Айлей, – пояснил Джеймс. – Никто не бывал на нем долгие годы. Я подозреваю, что это всего лишь груда камней.

– Полагаю, что общая сумма долга за вашим поместьем составляет тридцать две тысячи фунтов, – сообщил мистер Рид.

– А как насчет дохода от овцеводческой фермы и всего остального?

– Этот доход приблизительно равен установленной по договоренности сумме ежегодного денежного пособия его светлости. Есть еще долги за этим особняком, составляющие пять тысяч фунтов.

– А за островом? – спросила Тео.

– Никто не одолжил бы отцу денег под заклад этого острова, – сказал Джеймс.

– У его светлости есть корабль, который в прошлом совершал удачные рейсы в Ост-Индию за специями.

– Я думала, корабли называют женскими именами, – сказала Тео.

– Его светлость назвал судно в свою честь, – сказал мистер Рид и тут же продолжил: – С учетом пени долг за «Персиваль» составляет восемь тысяч фунтов. Мы гарантировали уплату, и судно больше не задерживают.