Гезат

Может быть, это он и есть, забыл уже вкус этого напитка. Между домами бегали куры, абсолютно не интересуясь вялившейся рыбой. Наверное, обожрались уже ею. Мои воины быстро переловили большую часть домашней птицы и выгребли запасы из сараев. В первую очередь забирали эль и вяленую рыбу. Не для того, чтобы второе пустить под первое. Употреблять их будут по раздельности. Просто с солью в армии в последнее время напряженка, поэтому, в отличие от кур, вяленая рыба для нас — самый желанный продукт.

Погрузили на трирему самое ценное из найденного, обеспечив себя едой на несколько дней, после чего отправились в обратную сторону. Трибуну Гнею Генуцию доложу, что крупных подразделений противника в окрестностях не замечено.

48"

"Разбудили меня крики и грохот. Снилось что-то очень эротичное, поэтому спросонья не сразу понял, где нахожусь и что случилось. Привычно пошарил рукой возле себя слева и справа, не обнаружил теплого женского тела, после чего начал возвращаться в реальность.

Я лежал на главной палубе возле полуюта, куда не задувал ветер. Ночи стали холодными, а на сильном ветру и вовсе задубеваешь. Кричали, используя отборные латинские ругательства, примерно в кабельтове от нас. В темноте трудно было разглядеть, что там происходит, но по ругами и навигационным условиям — дул штормовой ветер — я быстро сделал вывод, что транспортники сорвало с якорей, и одни навалились друг на друга, а другие были выброшены ветром и приливом не берег. Трирема стоит в стороне от этого табора, поэтому до нас, надеюсь, не доберутся.

Опыт он и есть опыт. Члены экипажа смотрели на меня, как на придурка, когда переставил трирему подальше от остальных судов. На отшибе на нас легче напасть и в гости плыть на лодке далеко. Более того, я заставил срубить и во время отлива вбить в оголившееся дно четыре сваи: две перед носовой частью триремы и две перед кормовой. Они служили нам кнехтами. Мы завели на каждый по швартову, перекрестив носовую и кормовую пары.

Теперь нам не страшны были приливно-отливные течения. Два раза в сутки трирема, покачиваясь на волнах, поднималась во время прилива, и через несколько часов во время отлива опять ложилась на оголившееся дно в том же самом месте. Нашему примеру никто не последовал, сочли глупой выдумкой Полугалла, как меня иногда называют. Посмотрю утром на этих умников.

Я приказал зажечь факел.