Гезат

Дальше колесницу повезла одна лошадь, а все остальные бритты проезжали мимо нас по дуге, чтобы не стать пешеходами.

Сразу после этого инцидента задул юго-западный ветер. Через час он усилился баллов до пяти. Я дал римскому флоту три часа на то, чтобы добраться сюда. Не уложились. Подумал, что высадились в другом месте. Куда боги вынесли, там и остались. Решил подождать до завтрашнего утра, а потом отправиться искать сперва на восток, а потом на запад. Около полудня на востоке заметили паруса, а через час на берег высунулись первые триремы и либурны, начали высадку легионеров.

Парусники остались дрейфовать, чтобы дождаться прилива, подойти ближе к берегу и при отливе лечь на дно. К тому времени мои матросы уже вколотили сваи, и наша трирема осела на вязкий грунт между ними. Мне показалось, что британский ил воняет ядренее материкового.

Высаживать своих воинов не спешил. Пусть другие подновят, обустроят каструм. Да и лошадей наших еще не привезли. Они на одном из парусников. На этот раз Гай Юлий Цезарь взял с собой много конницы, чтобы не сильно уступать бриттам по этому роду войск.

Видимо, в этом году у него более серьезные намерения: готовится захватить много речного жемчуга.

58Моя турма движется по раскисшей после дождя, лесной дороге в передовом дозоре. Небо только начало сереть, поэтому видимость от силы метров сто, что уже хорошо, потому что, когда сразу после полуночи выступили в поход из каструма, дорогу угадывали по деревьям, ограничивавшим ее. Долбанный командующий армией спит всего четыре-пять часов и не понимает, что другим надо больше.

Ложится Гай Юлий Цезарь рано, однако у меня язык не поворачивается зачислить его в «жаворонки», потому что начинать трудовой день в полночь эта птица не умеет. Дождь прекратился давно, но воздух напитан влагой, сырость проникает даже под толстый шерстяной плащ. Хотя существует поговорка «Что под плащ легионера попало, то пропало», к сырости это явно не относится. Из-за этой повышенной влажности, которая, как по мне, пакостнее тропической из-за более низкой температуры, народ в Британия во все времена по большей части заплесневелый. Кто бы ни переселялся на остров, через пару поколений превращались в мокриц. Кельты здесь тоже другие. Такие же понтовитые, как материковые, только куража не хватает, поэтому кажутся маленькой девочкой, которая с важным видом неумело вышагивает в маминых туфлях на высоких шпильках.

Сейчас мы едем отучать бриттов от дешевых понтов.