Гезат

Трирему мне приказали передать под командование кормчего, а самому вместе с турмой отправиться в поход. Семья моя осталась на берегу возле старого каструма. Учтя прошлогодний опыт, римляне основательно укрепили его и оставили для охраны десять когорт и триста всадников под командованием префекта Квинта Атрия. К сожалению, моей турме не удалось попасть в три сотни счастливчиков, поэтому месит грязь на лесной дороге.

— Где-то впереди горит костер, — догнав меня, докладывает Дуфф.

Обоняние у третьего декуриона не хуже, чем зрение и слух.

Не представляю, как он живет с такими острыми органами чувств!"

"— Возьми пару человек и догони дозор, помоги им. Если заметишь засаду, сразу отступай, — приказываю я Дуффу, а остальным тихо командую: — Приготовиться к бою.

Воюющие против нас тринованты, ицены, сегонтики, анкалиты, биброки и кассии переняли опыт моринов. Генеральное сражение давать не собираются, догадываясь, что проиграют, поэтому устраивают засады, атакуют малыми отрядами и в случае опасности сразу рассыпаются, убегают, точнее, уезжают верхом или на колесницах.

Кстати, многие представители вышеперечисленных племен сражались на материке против римлян в позапрошлом году, так что знают методы партизанской войны не понаслышке. Поэтому дальше едем медленно, осторожно.

Дуфф возвращается минут через десять и докладывает:

— На берегу реки небольшой отряд варит рыбу в двух котлах.

Уверен, что третий декурион по запаху определил, что готовят бритты. Наверное, может сказать и какую именно рыбу варят.

Вместо этого задаю шутливо другой вопрос:

— Рыба уже готова?

— Почти, — на полном серьезе отвечает Дуфф.

Когда бог раздавал чувство юмора, третий декурион стоял одним из первых в очереди за носом или глазами.

Котлы сейчас делают стандартные, с небольшими отклонениями: маленькие, рассчитанные на двух-трех человек, средние — на пять-семь и большие — на десятерых. Значит, врагов не больше двадцати человек.

— Они не видели вас? — спрашиваю на всякий случай.

— Нет, конечно! — с нотками обиды отвечает Дуфф.

— Тогда нападем на них, — решаю я.

На берег реки, которая в этом месте была шириной метров тридцать, мы выехали медленно и якобы беспечно, поэтому бритты приняли нас за своих. На всякий случай они взяли оружие, но применять его не спешили, ждали, что предпримем мы. Я повернул к двум кострам, над которыми висело по котлу. У меня нюх, конечно, похуже, чем у Дуффа, что не помешало сразу понять, что варят именно рыбу.