— Когда захватим ваш, пойдем на помощь треверам, которые осаждают каструм на их земле, а потом все вместе — на вашего Цезаря!
На землях треверов расположился на зиму с десятым легионом Тит Лабиен, старый, опытный вояка. Его вряд ли поймают на такую дешевую уловку.
— Убей этого дурака! — сердито приказал Квинт Туллий Цицерон, обычно мягкий по отношению к пленным.
Пачкать руки и не только убийством безоружного я не стал, перепоручил это центуриону, подразделение которого стояло в карауле на форуме, в том числе охраняло и жилище легата.
Звукоизоляция в деревянных домах не очень. Легионеры, стоявшие на часах возле входа в жилье легата, услышали допрос и пересказали соратникам, поэтому пленника убивали сразу несколько человек, как догадываюсь, именно те, кто громче и чаще других ратовал за то, чтобы сдаться.
67На седьмой день осады с раннего утра задул шквалистый ветер. С северо-запада налетали порывы силой баллов до девяти, гнули деревья, срывая сухие листья. Моя палатка стояла под защитой вала и конюшни, так что о том, что ветер разгулялся не на шутку, я узнал, когда выбрался наружу.
В палатке я спал с левого края, Тили — с правого, а Синни с детьми посередине. В тесноте, зато не так холодно. Умывшись, я поднялся на вал, чтобы посмотреть, каковы планы у врагов на сегодняшний день, и убить время, пока жены готовят завтрак. Вчера эбуроны и их союзники занимались рытьем рва и насыпкой вала с трех сторон, чтобы не дать нам возможности покинуть каструм. Делали все по стандартам римлян.
Видимо, работами руководил кто-то, кто служил в римской армии. Шанцевого инструмента у них не хватало, поэтому ковыряли землю мечами и выносили грунт в щитах. Народа у них много, так что управились часа за три-четыре. Сегодня они подтаскивали к каструму катапульты и баллисты. Наверное, решили потренироваться, чтобы не совсем уж без дела провести день."
"Я сидел у палатки, завтракал копченым окороком из дикого кабана, заготовленным еще до осады, когда над головой пролетел стрела из катапульты.
Поскольку моя палатка стоит неподалеку от ближней к врагу, длинной стороны вала, попасть в нее из катапульты и даже из баллисты можно только теоретически, так что особо не переживал бы, если бы к стреле не был привязан пучок тлеющей соломы. Во время полета пламя прибилось, но после приземления наверняка разгорится. Следом прилетела еще одна стрела, потом еще… Вскоре к ним добавились тлеющие поленья и чурочки, запущенные баллистами.
