Онлайн-библиотека книг
Лучшего имени для жителя гор не придумаешь.
— Садись на лошадь, — показал я на переднюю, — и возвращайся в свою деревню к папе и маме."
"— Некуда мне возвращаться. Сожгли они нашу деревню и всю мою семью убили, — нейтральным тоном, будто речь шла о чужих людях, рассказал подросток.
Наверное, бессознательно блокировал эмоции, чтобы не сойти с ума от горя. В одиночку он здесь не выживет. Не чужие, так свои продадут в рабство. А мне слуга не помешает, привык к ним.
— Можешь поехать со мной, — предложил я.
— А ты кто? — поинтересовался Гленн.
— Гезат. Сейчас воюю в армии Думнорикса, — рассказал я, снимая с переднего гельвета оружие и доспехи.
— Я слышал про Думнорикса! Он великий воин! Я поеду с тобой! — радостно воскликнул подросток.
— Не кричи, — потребовал я. — Садись на коня и жди.
Я оттащил обобранный труп в кусты, после чего занялся вторым убитым. На коне довез его до кустов, после чего забрал все ценное, а тело оставил рядом с первым. Если гельветы кинуться искать их, найдут не сразу.
Нагрузив на второго коня трофеи, повел его по звериной тропинке к тому месту, где поджидал Буцефал. Там пересел на своего жеребца, а захваченного повел на поводу. Гленн ехал за мной, постоянно задавая вопросы о Думнориксе и его армии. Я отвечал так, чтобы откорректировать в правильную сторону его оценку эдуйского вождя, из-за которого и погибла семья мальчика, но не перегибал. В возрасте Гленна выдуманное кажется намного реальнее того, что видит и слышит.
7Костер почти догорел, лишь в середине еще пляшут золотисто-красные язычки. Их отблески скользят по лицам воинов, сидящих возле него. Кроме меня, еще пять человек — мой, так сказать, ближний круг. Кажется, что воздух возле нас стал гуще, пропитавшись запахом вареного мяса и вина: возле каждого, у кого в глиняной тарелке, у кого на пучке травы, лежат куски серны, и стоят чаши, глиняные или бронзовые, наполненные красным вином не самого лучшего качества, но забористым, какое любят кельты.
Гленн, расплескивая вино, доливает в чаши из бурдюка.
