Гезат

В будущем этот порт будут называть, как и пролив, Оторанто. Оттуда будет ходить паром на Керкиру. На набережной сохранятся приметные бастионы времен наполеоновских войн. Пока что их нет, что не помешало мне обрадоваться тому, что я добрался до суши в той же эпохе, в которой покинул ее, и пересмотреть свои планы на будущее. Раньше собирался купить имение поближе к морю, а теперь решил принять предложение Квинта Туллия Цицерона, который предлагал поселиться неподалеку от него. Несколько его соседей имели желание покинуть окрестности города Арпина и перебраться в Рим.

Надоело мне перемещаться, хочу пожить в этой эпохе и потому подальше от моря. Заодно будет, к кому съездить и поболтать об искусстве.

110В Бриндизиум мы прибыли двадцать четвертого ноября, потратив на дорогу из Киликии без малого четыре месяца. Там проконсул встретился на форуме со своей женой Теренцией, которая въехала в город с противоположной стороны в тот момент, когда он высадился из галеры, переправившей его и нас через Адриатическое море.

Говорят, с женой ему здорово повезло. Мало того, что взял большое приданое, так еще и брак оказался удачным.

Зато Квинт Туллий Цицерон теперь расхлебывал последствия умного совета старшего братца — разводился с женой. Его поверенные прямо из Бриндизиума отправились в его поместье, чтобы решить этот вопрос. Возвращаться в свой дом до того, как жена уберется оттуда, легат не хотел. Подозреваю, что в таком случае Помпония резко помирилась бы с мужем, расфинькала добытое в Киликии, после чего продолжила бы проедать ему плешь.

Хотя, может быть, я недооцениваю Квинта Туллия Цицерона. В Тарсе он завел наложницу — молодую и смазливую рабыню Аквилию, которая лучше жены вила из него веревки.

После чего мы уже по суше двинулся к Риму по замысловатой траектории, поскольку у братьев Цицеронов были причины не спешить с возвращением домой, а мне пришлось сопровождать их, чтобы воспользоваться помощью младшего. Первым делом отправились почти в противоположную от столицы сторону — к Помпее, где проконсул на своей вилле встретился с Гнеем Помпеем, обсосал текущую ситуацию.

Знаменитый полководец показался мне сильно сдавшим за тот год, что не видел его. Говорили, что он болеет чем-то «нутряным», как сейчас называли все болезни органов пищеварения.

Затем мы поехали на другую виллу старшего Цицерона в Формий. Там младший получил известие, что Помпония отказалась разводиться и именно поэтому убралась из имения, уехала в Рим к своему брату.