Гезат

У меня были сомнения на счет того, были ли потомки у Магона Карфа, живы ли они и занимаются ли тоже ростовщичеством на Римском форуме, как их предок, поэтому спросил у старьевщика, торговавшего с циновки на обочине перед входом на форум — типа с таким жуликоватым лицом, что я бы поостерегся покупать у него что-либо:

— Мой дед когда-то давно имел дело с ростовщиком по имени Магон Карф. Сам он, наверное, уже умер, но, может, его сын или внук занимается этим делом?

— Кто ж не знает Карфов?! — воскликнул он, скривив небрежно выбритое, узкое и смуглое лице так, будто откусил пол-лимона.

 — То еще отродье, что отец, померший недавно — туда ему и дорогу! — что сын! Их деда я не знал, может, он получше был, хотя вряд ли, но с его внуком лучше не связываться! Обойди его контору стороной, иначе уйдешь от него не просто голым, а еще и шкуру сдерет! Ему половина Рима должна!

— Я из второй половины! — произнес я насмешливо. — Его дед задолжал моему деду.

— Ха-ха! У него получишь, жди! — прокаркал старьевщик.

— Где его найти? — спросил я, не желая отступать.

— Прямо и потом направо. Двухэтажная контора в самом центре форума. Возле двери охранник. Там больше ни у кого нет охраны, не ошибешься! — ответил он."

"Контора ростовщика напоминала низкий прямоугольный донжон. Первый этаж был сложен из обтесанных камней, второй — из кирпича. Входная дверь из толстых дубовых досок, скрепленных железными полосами и с «кормушкой», открываемой внутрь, в верхней половине, расположена в правой части длинной стороны строения.

Перед дверью каменное крыльцо в две ступеньки, над которым деревянный навес. Окна — три на первом этаже и четыре на втором — высокие и узкие, ребенок не протиснется, скорее, бойницы для лучников, закрыты деревянными жалюзи. На крыльце под навесом сидел на трехногой табуретке охранник — еще крепкий мужик лет сорока семи. Служба накладывает неизгладимый отпечаток, и мой наметанный взгляд сразу определил, что это бывший воин, скорее всего, легионер. Впрочем, воины бывшими не бывают, с этим призванием рождаются и умирают. Ему не надо было иметь наметанный глаз, а хватило одного взгляда на оружие, чтобы понять, что мы друзья по счастью.

— Где служил? — поинтересовался я.

— Последние два года в восьмом легионе в Галлии, — ответил он. — Ты тогда командовал турмой в одиннадцатом.

— Не помню тебя, — признался я.

— Я помню его, — вмешался Гленн. — Хотел отнять валежник, который я в лесу собрал.