Порой не договаривал, представлял факты и события в выгодном ему свете, никогда не мешал обманываться другим. Но сам до откровенной лжи не опускался.
— Не знаю как тебя успокоить, — наконец выдавил он, не снижая шага.
Вика, к его удивлению, вполне понимающе кивнула.
— Однако хочу предупредить…
Парень резко и остановился и обернулся к собеседнице.
— Ой! — совсем неподобающе юной Леди выдохнула она почувствовав, как сильные руки схватили ее за плечи и прижали к стене.
— Милая моя, — холодно выдохнул парень, глядя девушке прямо в глаза.
— Мне вся это возня начинает надоедать, ясно?
Юсуповой было очевидно не ясно. Иначе с чего бы ей иначе задать следующий вопрос:
— Что ты… Но как⁈
Волконский подался ближе, отчего со стороны они вполне могли показаться обжимающимися любовниками. Если бы, конечно, было бы кому наблюдать. Павел прикрыл их иллюзией сразу же.
— Виктория Львовна, — зло выдохнул он. — Откровенно говоря, ты меня затрахала.
«Уральская принцесса» застыла. Так не бывает. Не с ней! Это невозможно!
— Я тебя предупреждаю, что семейная жизнь со мной для тебя превратится в ад.
Парень говорил спокойно и уверенно."
"— Ты так ужасен, да?.. — попыталась выдавить уверенную усмешку девушка.
Получилось отвратительно. Никто ей не поверил. В том числе, и она сама.
Клановец подался еще ближе. Фактически до той грани, когда его действия уже действительно можно было бы счесть сексуальным домогательством.
— Знаешь, ми-ла-я, — выдохнул он на ухо девушке, которую ото льда в его тоне натурально бросило в дрожь.
— Я буду делать все что хочу и так как хочу. И с той, кого хочу. И мне тут в голову пришло, что это неплохая эротическая фантазия…
Тон Павла сменился на мечтательный, а в голосе появились бархатистые нотки, от которых по телу Юсуповой пробежали мурашки.
— Секс с любимой…
Девушка затаила дыхание на многозначительной паузе.
— … У тебя на глазах, — жестко закончил Волконский.
Виктория резко выдохнула и вполне профессионально ударила коленом в пах своему собеседнику.
Тот без особого труда заблокировал и отвел в сторону удар собственным бедром.
— Как считаешь, если я поставлю такую цель, то добьюсь ее? — поинтересовался он, внимательно вглядываясь в пылающие праведным гневом глаза девушки.
— Подумай об этом, — предложил он и сделал шаг назад, отпуская плечи девушки и сбрасывая иллюзию.
— Скотина! — выдала та, тут же попытавшись расплатиться с обидчиком пощечиной.
От этого удара Павел ушел совсем без труда.
