Онлайн-библиотека книг
Но в жилах Гостомысла текла кровь Колоксая, который сумел натянуть тетиву отцовского лука Таргитая-Геракла, а также кровь Скифа, чье потомство потрясало и рушило многие империи тысячу лет, кровь Славена, который свой народ снял с коня и посадил на землю, кровь Руса, который увел своих детей с Карпатских гор на зеленые долины...
— Знаешь ли ты, — спросил Олег, — что творится в южных краях?
Гостомысл двинул плечами:
— Наверное, как обычно... Режут один другому глотки, умыкают невест, жгут села, продают своих же сородичей в рабы ромеям.
— Многое стряслось, — ответил Олег угрюмо. — Например, сыны Рыжего Волка перестали рвать друг другу глотки, теперь поперли на соседей. С этой стороны у них лишь племена сыновей Славена. Сыны Рудольфа бросили клич «Дранг нах Остен», что означает — натиск на Восток. На нас то есть. А нам приходится драться на две стороны: с Востока прут неведомые народы, которых, как песку на берегу моря.
Гостомысл подумал, пожевал старческими губами, сказал осторожно:
— Положим, не смогу назвать одно-единственное свойство... Ведь надо назвать одно?
— Степняки налетят, пожгут, пограбят, уведут в полон, а потом о них ни слуху ни духу. До следующего набега. А вот западные... Западные остаются!
Гостомысл посмотрел непонимающе. Олег объяснил:
— Восточные уходят даже после полной победы, а западные закрепляются на любой пяди.
— Вырезали? — не поверил Гостомысл. — На германцев не похоже.
— Не вырезали, а онемечили. Правнук Святомира уже не знал, что он славянин.
Гостомысл раздвинул дряблый рот в улыбке, стараясь отогнать тревогу:
— А не к лучшему? Германцы — хороший народ. Превратить растяп в ловких да умелых — разве худо?
— Худо перебить всех зверей и птиц, дабы очистить землю для... скажем, коней или коров.
