Онлайн-библиотека книг
Посадники, бояре, воеводы и знатные мужи удерживали, обещали дать бой через два дня, в час новгородского веча.
На Славенской стороне было три конца и три посадника, а от оружейников, кузнечного ряда, скорняков, кожевников обещались выставить надежных выборных, что не отступятся на бурном общем вече. С южного конца обещались прислать двоих выборщиков Рюрика, даже с восточного — исламского от края до края — один из шести должен был подать голос за призвание рюгенского князя с его дружиной. Олег насчитал, что за Рюрика будет около трети голосов, другие же распределятся между князем от киевского владыки Самовита, хазарского кагана, исламских шейхов и немецкого короля.
Олег последние две ночи провел без сна, встревал в любую уличную драку, молил судьбу, чтобы не сорвалось в последний момент, не переменилось, чтобы расстановка сил сохранилась до общего веча.
В первый же день после пира у Гостомысла его остановил посреди улицы один русич, оглядел оценивающе:
— Полгривны заработать хочешь?
Олег сделал лицо как можно более простецкое, ответил с северным говорком:
— Хто ж откажется!
— Будешь шататься по городу, — сказал русич строго, — как сейчас шатаешься, бездельник! Только ори громче: «Волим Рюрика с дружиной!» Понял?.. А будут спорить... У тебя кулаки для чего отросли?
Олег заулыбался во весь рот:
— Давно чешутся!
Русич вытащил из калитки тоненький прутик серебра:
— На! Это вперед за работу.
— Премного благодарен, — ответил Олег радостным голосом. — Уж я возьмусь! Полгривны — это ж какие деньги!
Теперь, оставив Гульчу на постоялом дворе, он шатался с десятком добрых молодцев — они тоже тянули за признание Рюрика. На улице небезопасно, но на постоялом дворе скорее могут пырнуть ножом, а здесь все-таки вокруг свои.
В последнюю ночь перед всегородским вечем Гульча не спала, с отвращением наблюдала из окна кровавые драки, слушала крики, вопли, призывы. Пещерника не было, он показал свой звериный нрав, ввязавшись в уличные драки, приходил поздно, сразу падал на постель и засыпал.
