Может, он нашел что-нибудь поесть?
— Это Карлсен?
Оливия уже направлялась к Малькольму, надеясь найти что-нибудь съедобное и вообще избежать всей этой ерунды с солнцезащитным кремом, но, услышав фамилию Адама, остановилась как вкопанная. Или, может, дело было не столько в фамилии, сколько в интонации Ань.
— Что? Где?
Джереми указал на компанию, игравшую в алтимат фрисби.
— Это же он, верно? Без рубашки?
— Матерь божья, — повторила Ань. Ее словарный запас, учитывая двадцать с лишним лет учебы, внезапно стал довольно ограниченным.
— У него шесть кубиков?
Джереми моргнул.
— Может, даже восемь.
— Это его настоящие плечи? — спросила Ань. — Или он сделал пластику?
— Так вот на что пошла стипендия Макартура, — заметил Джереми. — Не думаю, что такие плечи существуют в природе.
— Боже, это что, у Карлсена такая грудь? — Малькольм опустил подбородок на плечо Оливии. — А когда он разносил мой диссертационный план в пух и прах, у него уже было такое под рубашкой? Почему ты не сказала, что он качок?
Оливия просто стояла, как дерево, беспомощно уронив руки.
Потому что я не знала. Потому что понятия не имела. Или, может, получила некоторое представление, когда смотрела, как он толкает пикап… Хотя она пыталась отогнать этот мысленный образ.
— Невероятно. — Ань притянула к себе руку Оливии, выдавливая ей на ладонь большую порцию крема. — Вот, намажь плечи. И ноги. И лицо тоже… у тебя наверняка высокий риск всяких кожных болячек, мисс Веснушка. Джер, и ты тоже.
Оливия тупо кивнула и начала втирать солнцезащитный крем в руки и бедра.
Она вдыхала запах кокосового масла, изо всех сил стараясь не думать об Адаме и о его торсе. Получалось не очень хорошо, но все же.
— А есть исследования? — спросил Джереми.
— О чем? — Ань собирала волосы в узел.
— О взаимосвязи веснушек и рака кожи.
— Не знаю.
— Наверняка есть.
— Наверняка. Теперь мне стало интересно.
— Погоди. Тут есть вайфай?
— Ол, у тебя есть интернет?
Оливия вытерла руки салфеткой, которая выглядела почти не использованной.
— Я оставила телефон в машине.
Она отвернулась от друзей, которые теперь уткнулись в айфон, и принялась смотреть на группу игроков в алтимат фрисби: четырнадцать мужчин и ноль женщин. Вероятно, это было связано с общим избытком тестостерона в естественных науках. По меньшей мере половина игроков была преподавателями или аспирантами. Конечно же, там были Адам, Том, доктор Родригес и еще несколько человек с фармакологии. Все как один с голым торсом.
