Головы я не увидел, но это не помешало мне заметить легкую красноватую вспышку, что на миг озарила серый туман. Эта вспышка высветила утлый белесый челн – обросший льдом и инеем, судя по всему. Вражеский дозорный убрался подальше, а я, тоже не теряя времени, опять сполз в ледяную воду и двинулся к следующему крохотному островку. Достигнув цели, вытащил себя на сушу и замер, судорожно хватая ртом воздух. От меня валил пар. Тяжело дыша, я глядел на свои намертво скрюченные руки, похожие на пролежавшие пару лет в морозильники куриные лапы.
Напади на меня сейчас кто, я даже фигу ему показать перед смертью не сумею. А напасть могут – на этом клочке суши мирный статус отсутствовал. И убежать не смогу – ноги отказали. На мне эффект «Морозного паралича», сковавший возможность к движению всего тела, заодно отобрав дар речи.
Пролежав свои «оттаивающие» минуты, задвигался, сбрасывая ледяное остолбенение, подполз ближе к краю островка и, ежась и беззвучно ругаясь, принялся закидывать себя ледяным крошевом.
Вперед я пока не глядел – успел мельком заметить, что отсюда видимость гораздо лучше и на этом временно успокоился. Проверив статус и убедившись, что маскировка резко подросла, я затих. Привязанная к поясу веревка уходит в воду и тоже невидна. Пугающего плеска пока не слышно. Значит, можно и понаблюдать. И даже послушать…
– Чужаки! – выкрикнул стоящий на вздыбленном ледяном языке Кастиэль – Вы… вы не видите истинной мощи! Вы точно такие же как и наши поросшие мхом и осенней листвой старейшины! Они боятся перемен – и вы тоже! Они мечтают о тихих, спокойных и благодатных временах – и вы туда же! У нас столько было надежд на явившихся в на мир чужаков! И первые месяцы и годы они оправдывали наши надежды – новые войны, новые завоевательные походы, бесконечные кровопролития… это были славные времена! Как сладко было наблюдать за всем этим из сердца светлых дубрав… И что же случилось потом?! – это казалось невозможным, но Кастиэль еще чуток повысил звенящий голос, придал себе еще более горделивую позу – Что случилось?
– Ты расскажи – донеслось из янтарной клетки.
Голос Баронессы я узнал сразу. А заодно услышал в нем злость и усталость. Но ни малейшего намека на беспомощность и страх. Что ж – другого от бесстрашной главы клана Неспящих я и не ожидал.
