Огромное создание окуталось облаком золотисто-красной дымки с серо-зелеными звездочками сгорающих чешуек, замерцало и… начало стремительно съеживаться.
Миг. Другой. И дракон исчез. Посреди дорожки лежал мужчина в рваных и некогда белоснежных дымящихся одеяниях. Новый стон прозвучал в подземном мраке. Человеческий стон. Стон боли. Но не обреченности. Подобрав под себя руки, мужчина вскинул лицо, уставившись в темноту подземного коридора перед собой. Медленно подтянул колени и начал вставать – тяжело, но уверенно.
Из его рта вырывались серо-зеленые искорки, едва заметная дымка крутилась над плечами и спиной. Выпрямившись, он зашагал вперед. С непрестанно шевелящихся губ слетали искры и исступленные обещания:
– Уничтожу! Уничтожу! Испепелю! Я выжгу их души! Выжгу дотла!
С каждым шагом его подхода становилась все уверенней и размашистей. Все громче и страшней звучали обещания:
— Испепелю! Искромсаю! Изничтожу! Я выжгу их бессмертные души дотла! О… я еще покажу им кто здесь хозяин…
Шагающий одинокий путник не обратил ровным счетом никакого внимания на отмеченные надписи на арках над головой.
Добро пожаловать в Королевство Мертвых, путник!
Твой долгий последний путь почти завершен.
Шагай вперед — и вскоре ты узришь Великий Град Аньгору!
Остерегайся рыгхров!
Ему было плевать. Он смотрел только перед собой, отмеряя шагами метр за метром ведущей в Аньгору дороги. Содрав с себя рваные одеяния, он отбросил их в сторону, и они тут же полыхнули серым огнем, быстро догорая на обочине дорожки.
— Испепелю…
***Шагавший – а вернее бесшумно стелящийся с одинаковой легкостью по стенам и дорожке Шепот внезапно замер. Будто споткнулся. Уставился перед собой. Через мгновение рядом с ним возникла фигура Черной Баронессы. Следом подтянулись другие быстрые классы. В числе последних притопал я и мне уже пришлось проталкиваться через сгрудившуюся толпу и подобно «левому прохожему» прохожему увидевшему уличную толпу спрашивать:
— Чем там? Че там?"
"Никто не ответил — не знали. Проломившись в сердце толпы — тут спас только авторитет главы — оказался рядом с Шепотом и глянул туда же куда и он – на обочину дорожку.
И увидел немного серого пепла лежащего на здоровенной и наполовину сгоревшей чешуйке. Ну как чешуйке… она размером с солидную такую тарелку. Почти блюдо. Толстенная. Красно-золотая. Потрескавшаяся, изогнувшаяся — скрючилась как оплавившаяся пластиковая тарелка. А еще на ней пляшут отчетливо заметные серо-зеленые искорки. Частые таки.
