Сначала аномалия, потом зомби строем из портала, еще и сразу же выясняется, что хозяйка даже не некромантка, а серебряная ведьма. М-да уж. Бедный мужик.
Взяв с тумбочки графин с водой, управляющий бизнесом бояр Апраксиных, наполнил чайник водой. Ставя его на переносную плитку, доложил:
— Директора рудника сейчас нет на месте, — повернувшись лицом ко мне, сухо продолжил: — Александра Петровна, понимаю, как это выглядит: у нас ЧП, а непосредственный руководитель где-то бродит. Обязан сказать: Степанов отсутствует исключительно по уважительной причине.
Евгений один здесь за всю администрацию пашет. Трое суток ходил на работу с высокой температурой. Вчера прямо отсюда и увезли в больницу. Ставят воспаление лёгких. Прогнозы хорошие, но предписан строгий постельный режим.
— Помощь нужна? Лекарства, деньги на лечение?
— Нет, ничего, — голос мужчины потеплел. — Спасибо за понимание.
Улыбнувшись, я посмотрела на свои руки. Рассматривая грязные потёки, поморщилась. Наверняка и лицо не лучше. Умывалась-то снегом с землёй.
Как в таком виде деловые разговоры вести? Ещё и «духи» своеобразные. Я-то к своей вонючести почти привыкла, уже и не тошнит. А вот Лицину наверняка не по себе от аромата тухлятинки.
Подойдя, Иван Иванович протянул мне белоснежный платок.
— Только что водой из графина намочил. У вас левая щека и лоб испачканы, — смущённо пояснил мужчина и с досадой добавил: — К сожалению, ни зеркала, ни раковины здесь нет.
Взяв влажную ткань, я попросила:
— Иван Иванович, откройте, пожалуйста, окно.
Управляющий моментально выполнил просьбу. Подперев створку книгой, он сделал вид, что чем-то заинтересовался на улице. Понимающе хмыкнув, я как смогла, оттёрла грязь с лица и рук. Закончив с «умыванием», принюхалась к воздуху в помещении.
Не идеал, но уже гораздо лучше.
Тоненько засвистел чайник. Отлипнув от подоконника, Лицин выключил плитку. Налив мне и себе горячего чая, уселся на колченогий стул.
— Вы спрашивали, есть ли резон погашать кредиты, — напомнил управляющий, сделав небольшой глоток.
— Скажу, как есть. Полгода ваш стекольный завод стоит на консервации. Оборудование дышит на ладан, все договоры с контрагентами прекращены, рабочие уволены. По сути, придётся начинать с нуля. С учетом выплаты долгов затраты предстоят непомерные. Что касается земельного участка. Ценность его невелика: вспомогательные строения разрушены, от главного дома остался обгоревший остов, водопровод и канализацию требуется восстанавливать.
