Это же время
— Что⁈ Ты серьёзно? У тебя действительно осталось всего пять тысяч? — Антон Леонидович с изумлением смотрел на супругу.
Поставив чашку на блюдце, Анфиса Тимофеевна с лёгким укором напомнила:
— Тошенька, я же говорила, что долгов перед родом Силантьевых больше нет. Вчера вечером, когда ты уехал, — боярыня запнулась, — по делам, сюда приезжал управляющий боярина Силантьева. Я попросила о встрече. К сожалению, помимо основного долга, мне пришлось выплатить ещё и неустойки. Да, я отдала практически все свои накопления.
Но зато теперь тебе ничего не грозит, — она осторожно прикоснулась к ладони мужа.
Тот отдёрнул руку.
«Старая корова. Теперь ещё и нищая. Сегодня же подам прошение о разводе. В Москву, что ли, рвануть? Дьявол! Ночью же в казино все деньги оставил. Вот дура, кто её просил штрафы платить? Поторговаться не могла? Без копейки меня оставила», — альфонс злобно глянул на жену.
Анфиса Тимофеевна виновато улыбнулась, попросила:
— Не сердись. Нам с тобой хватит этих пяти тысяч, я всё посчитала.
«Посчитала? А морщины и сало своё учла?» — Антон Леонидович заскрипел зубами от злости.
Едва сдерживаясь, он процедил:
— Предлагаешь жить без слуг, в этой халупе, ещё и впроголодь? Мне⁈
— Родной, прошу тебя, не нервничай. Конечно же, ты достоин самого лучшего! — поспешила успокоить разгневанного мужа боярыня Апраксина. — Совсем скоро я выдам Александру замуж. Любимый, поверь, даже самые древние роды почтут за честь породниться с Апраксиными! За мою дочь дадут много денег. Ты ни в чём не будешь нуждаться.
Просто чуть-чуть потерпи.
«Делает ставки на Сашку? На кой ляд она кому-то сдалась? Я чего-то не знаю?» — молнией промчалась мысль в голове мошенника.
Встав из-за обеденного стола, он подошёл к супруге, сухо произнёс:
— С единственной дочерью ты договориться не смогла. Перед нашим экстренным отъездом из особняка дала расчёт всем слугам. Девушка осталась абсолютно одна в большом доме. Естественно, зла на тебя. Не понимаю, на что надеешься.
Анфиса Тимофеевна многозначительно усмехнулась.
— Я знаю свою дочь, как никто другой. Она абсолютно не приспособлена к самостоятельной жизни. Саша взбрыкнула, наивно решила, что способна и сама прожить, но скоро поймёт, насколько глубоко заблуждается. Через месяц съезжу к ней. Не сомневаюсь, Александра будет умолять меня вернуться в особняк.
«Маловероятно. Я вашу бабью породу отлично изучил. Сашка закусила удила, если и простит, то нескоро. Не стоило с ней так поступать», — альфонс про себя хмыкнул.
