Окончательно ошалев, я в немом удивлении уставилась на зверька.
«Некромант минувшей ночью приходил. Просил передать, что придёт сегодня в это же время. Купюры настоящие, роза — фантом», — невозмутимо пояснила высшая сущность.
Во блин.
Рука взлетела к голове, пальцы моментально увязли в спутанных волосах. Я досадой поморщилась.
«На территории особняка люди. Через три минуты войдут в дом, вставай», — неожиданно сообщил ушастый всезнайка.
Раньше предупредить не мог⁈
Я птицей слетела с постели. Одновременно пытаясь привести прическу и платье в порядок, заметалась по комнате.
Увидев в зеркале свое полубезумное лицо, затормозила. Шумно выдохнула, успокаиваясь.
— Цветы для боярышни Александры Петровны Апраксиной! — зычно рявкнул из холла какой-то мужчина.
Он на первом этаже, я на втором, в комнату дверь закрыта. А все равно слышу. Мужик часом оперой не балуется?
Я снова посмотрела на зеркального двойника. Волосы дыбом, платье помято. Красотка. Плевать, все равно не успеваю.
Выпрямив спину и расправив плечи, вышла в коридор, быстро направилась к лестнице.
Спустившись в холл, увидела субтильного, светловолосого паренька в красной курточке, отделанной серебристой вышивкой.
Это он так орет? Ничего себе голосяка.
Заметив меня, юноша набрал в грудь воздуха и радостно заорал:
— Цветы для боярышни Александры Петровны Апраксиной!
Я демонстративно прикоснулась пальцем к уху. Подойдя к парню, тихо спросила:
— Где?
— Кто? — крикун захлопал белесыми ресницами.
— Цветы где?
— Внести цветы от князя Иволгина для боярышни Александры Петровны Апраксиной! — посыльный заорал так, что у меня едва не лопнули барабанные перепонки.
Шумно выдохнув, я угрожающе прищурилась. Довольная улыбка сползла с лица паренька. В этот момент входная дверь распахнулась и в холл начали входить мужчины с гигантскими корзинами кроваво-красных роз. Установив их вдоль одной из стен, носильщики шустро ретировались.
— Здесь двадцать пять корзин, — деловито сообщил парень.
Протянув мне карточку с именем, титулом и телефоном дарителя, важно заявил: — Передайте вашей хозяйке: Александре Петровне.
— Всенепременно, — я выразительно хмыкнула.
— А ты ниче такая, — многозначительно шепнул паренек, играя бровями.
Я указала пальцем на дверь.
— Выход там.
— Ишь какая цаца, — посыльный обиженно цыкнул.
Дождавшись, когда он уйдет, я задумчиво посмотрела на цветы, затем на карточку. Ни титул, ни фамилия мне ни о чем не говорили.
