Особняк Апраксиных. Кабинет главы рода.
«Коза драная! Финтифлюшка малолетняя! Как она умудрилась получить перстень? Что теперь делать⁈ От задатка и копейки не осталось: все в казино спустил. Возвращать нечего. Силантьев с меня кожу чулком снимет», — от страха у Антона Леонидовича подвело желудок.
Сев на диван, он сцепил пальцы. Холодный липкий пот покатился по спине.
«Зачем купил у антиквара книгу с ритуалами? Что на меня нашло? Ещё и на диване забыл! Создал себе проблемы на пустом месте, — Антон мысленно застонал.
— Старуха подписала бы документы без проблем. Как заставить это сделать мелкую тварь?»
— Я должна быть счастлива, что позволяешь себя содержать. Ты действительно так считаешь? — послышался полный боли голос боярыни Апраксиной.
«Прицепилась же к словам. Да кому ты нужна без денег? Жирная, морщинистая корова», — альфонс мысленно скривился от отвращения.
Вдруг он понял, как может выкрутиться. Пристально посмотрев на жену, мужчина сухо бросил:
— Молодец, Анфиса.
Умеешь все с ног на голову ставить. То, что дочь тебя предала — плевать. Она же твоя кровиночка. А я так. Удобный. Безотказный. Мальчик на побегушках, — неожиданно, словно его озарило, Антон хлопнул ладонью себя по лбу, с надрывом расхохотался. — Идиот. Какой же я идиот! Почему раньше не догадался⁈
Вскочив с дивана, нетитулованный дворянин нервно заходил по кабинету. Изображая оскорбленную невинность, он украдкой наблюдал за женой. Сбитая с толку женщина растерянно хлопала ресницами.
Наконец, боярыня изумленно спросила:
— Тоша, о чём ты?
Опытный манипулятор резко остановился. Не отводя блестящих от эмоций глаз от супруги, криво улыбнулся.
— Встретил тебя и расслабился, как дурак. Позабыл, что женщинам нельзя доверять. Любовался тобой и думал: вот она, та самая — единственная, неповторимая. Такая уступчивая, ласковая, заботливая. Нежная. А ты просто меня использовала, — альфонс горько хмыкнул.
— Я⁈ — шокировано выдохнула Анфиса Тимофеевна.
"
"— Ты, любимая. Ты, — демонстративно потерев левую сторону груди, Антон Леонидович подошел к окну. Глядя куда-то вдаль, тихо промолвил: — Никогда не скрывал, что ради тебя готов расшибиться в лепешку. Видел, как страдала от предательства дочери. Хотел, чтобы девчонка все осознала, припала к твоим ногам, повинилась. Всего за пару часов нашел для Саши лучший монастырь. Даже липовый паспорт изгоя умудрился ей сделать.
