Главная проблема дракона

Уже сын Рагнадира, Вармир, переняв от отца владение, создал сигнальный барьер вдоль всего Жемчужного хребта, который испокон веков был естественной преградой, отделявшей Ригорию от соседнего Норвика, простиравшегося от Жемчужного хребта до Морозного океана. В этой стране, где солнце не поднималось по полгода над горизонтом, а оставшиеся месяцы и не думало заходить, вольготно себя чувствовали демоны стужи, снежные тролли, морозные великаны и люди… Последние сбегали в Норвик от закона, будучи преступниками или мятежниками.

Хотя были и те, кто просто искал наживы, наслушавшись сказок о богатствах, таившихся в снежных землях…

Шли века, род Хайрис охранял рубежи, больше никогда не давая тварям стужи проникнуть в Ригорию. Вот только время текло, все менялось, и опасность с севера уже не казалась такой серьезной. А род Хайрис меж тем угасал. Еще прапрадед перебрался из замка в горных рубежах на юг, поближе к столице. Здесь и родились близнецы Оливия и Дорвус. Последний потом женился, и у него появился сын, который и взял в супруги мать Одри.

К тому времени от былого величия рода северных лордов мало что осталось.

Рудники, где некогда добывались самоцветы, иссякли, друзы опустели, а с ними и доходы семьи. Так что отец героини уже нес службу советника при императорском дворе. У Хайрисов, конечно, было еще поместье, банковский счет, дом в столице – капитал для обычного горожанина внушительный, но для герцога не такой уж и большой. Хантер был прав, когда сказал, что основное богатство, которым я обладаю, – это принадлежность к древнему роду.

Стало интересно, знал ли Ричард о моем происхождении, когда предложил мне сделку? Что-то подсказывало: еще как знал! Ведь его возлюбленная должна ни у кого не оставить сомнений в своей истинности и возможности стать в будущем императрицей. Чтобы основания для разрыва текущей помолвки были самые веские.

– Вот значит как… – задумчиво протянула я, закрыв книгу.

Расставив фолианты на свои места, я выпрямилась и только тут почувствовала, как затекла спина, а поясницу и вовсе прихватило.

«Неужели вот так и происходит замена писательского романтизма прагматичным ревматизмом?» – потерев болевшее место, подумала вдруг.

Поморщившись от досады, я осторожно наклонилась, подхватила сумку и хотела уже было закинуть ремень на плечо, когда из холщовой торбы выпал злосчастный носовой платок. Тот самый, который подарил мне Ричард в знак своего права.

Да, принц хотел меня так обезопасить, и это у него даже получилось.