Главная проблема дракона

Хотя… и следы от наказаний оставались. К концу лекции в воздухе витал тонкий аромат прожженной ткани и перегоревших нервов.

Но, к чести преподавателя, стоит заметить, что он не был ни расистом, ни шовинистом и ни еще каким-нибудь -истом… Нет, Рипли оказался исключительно толерантен: наказывал и драконов, и людей, и юношей, и девушек, и аристократов, и простолюдинов… В общем, ко всем был одинаково беспощаден. Одним словом – с виду приличный маг, а на деле – приличный такой тиран.

Вот только что-то мне подсказывало, что такая методика обучения позволяла не только быстро и качественно вложить знания в умы юных магов и выбить из тех дурь, но и отлично развивала боковое зрение, реакцию и умение изобразить внимание и интерес.

Благо мне сегодня в числе немногих повезло и преподавательский гнев обошел стороной. Правда, расплатой за это были подрагивавшие от напряжения руки. Я так старалась записывать, чтобы ничего не упустить, что, выйдя после занятия из аудитории, не чувствовала кончиков пальцев.

Может, это и не было бы такой большой проблемой, если бы следующим не стоял практикум по алхимии, где от точности дозировки зависело не только, удастся ли зелье и получу ли я хорошую оценку, но и останется ли целой аудитория.

А точно отлить из пробирки жидкость трясущимися руками – та еще задачка. Но деваться было некуда, и я, выдохнув, двинулась вместе со своей группой в лабораторию.

Парни, вчера смеявшиеся надо мной, сегодня после лекции профессора Рипли свои взгляды переменили. Причем в буквальном смысле: смешки и высокомерие во взорах одногруппников исчезли.

Меж тем, пока мы шли по коридору, со мной поравнялся высокий вихрастый парень и, вроде бы невзначай, завел разговор.

– Тебя, кажется, Одри зовут? – начал он.

Я насторожилась, потому что вчерашняя попытка то ли знакомства, то ли устранения начиналась примерно так же.

– Допустим, – сдержанно отозвалась я.

– А я – Фирк, – ответил парень и, видимо, посчитав, что с вежливостью можно завязывать, перешел к сути: – Слушай, ты всю лекцию успела записать?

– Да.

– Слушай, дай скатать… А то он так частил, что я половину пропустил. Рипли же завтра будет все спрашивать. Не хотелось бы получить в табель «отвратительно», – при этих словах адепт непроизвольно потер лоб, на котором успела проступить шишка.

– А почему именно я? – решила задать уточняющий вопрос.