И если раньше расписание спокойно лежало на Аринином столе, то теперь приходилось прятать: тренеры вечно норовили записать в пустое окошечко своего. А у нее постоянно должен быть резерв. Вдруг знаменитость заедет поиграть или кому-то из перспективных юниоров дополнительное время понадобится. С деньгами тоже неразбериха: одни оплатили в Питере «все включено», с остальных — за корты надо было брать здесь. У кого-то максимальная скидка, у другого поменьше. Бухгалтерия стращала: «Ошибешься — разницу из твоей зарплаты вычтем».
Базы данных стремительно распухали, тренировки планировались на две недели вперед.
— Мы тут пашем, как бобики, а Людоед со своей козой в круизе коктейли пьют, — вздыхала горестно Инга Матвеевна.
«Да лучше бы они вообще в кругосветку поехали!» — добавляла про себя Арина.
Никому, даже себе, она не признавалась — что само наличие госпожи Клинн ее глубоко уязвило. Да, Людоед ничего не обещал. Слова «Нравишься, хочу помочь!» — признанием в любви считать никак нельзя. Но где-то очень глубоко сидело: а вдруг у них что-то склеится? Считала (наивная!), он — не красавец, она — ему под стать.
Могла бы получиться прекрасная пара.
Но шеф, увы, предпочел полного антипода. Красивую, дерзкую и мерзкую. Вот пусть и потонут в своем Карибском море!
Арина — нравилось ей растравлять душевную рану — изучила биографию Каролины. Девица оказалась родом из Адыгеи, теннисом занялась только в девять. Для профессионалов, которые с трех лет на корте, полный нонсенс. Но у папы — консервная фабрика, мог позволить платить за ежедневные индивидуалки, а когда дочурке сравнялось пятнадцать — отправил в Санкт-Петербург.
В академию к Людоеду.
«Шеф, значит, малолетку соблазнил?!» — ужаснулась Арина."
"Но в Интернете на скандал ни намека. Каролина (настоящая фамилия Дядько) проучилась в Санкт-Петербурге до семнадцати, потом отправилась совершенствоваться в Испанию. Максимальное достижение на юниорских турнирах — одна восьмая финала. Во взрослом туре — даже «челленджера» не выиграла.
«Да и зачем побеждать, если в тебя влюблен богатейший человек!» — горестно думала Арина.
И поражалась, что раньше ничего не заподозрила. Ведь тут, во Флориде, теннисных академий немало. И ни одна из них не похожа на Людоедову. У Ника Боллетьери или Крис Эверт — поток, до трехсот детей одновременно. Есть учебные заведения под одного спортсмена — например академия семьи Козловых. Весь тренировочный процесс организован для единственного талантливого юниора.
