И собственный член, зажатый в Маккентоевской ладони. Алеф представил там ладонь Гелбрейта. Крупную, веснушчатую, с широкими, как лопаты, ногтями, и к горлу подступила тошнота. А уж если бы его поцеловать… да тут не то что головой в стену — Алеф бы его ребрами все ступени бы пересчитал.
— У меня дела вечером, извини, — быстро ответил он, стараясь на Гелбрейта не смотреть. А то ненароком желудок взбунтуется.
— Ладно, — Гелбрейт легко пожал плечами. — Может, в другой раз. Как думаешь, тебя убьют в конце? — сменил он тему.
— Мне почему-то кажется, что меня убьют. В третьем фильме или даже во втором. Я пока только на два контракт подписал.
— Веришь, нет, даже не задумывался об этом, — Алеф выбросил окурок в урну. — Может да, а может и нафиг это не нужно. Центуриону ведь полтыщи лет, и он еще даже не полжизни прожил. А Джош простой человек, и век его тоже человеческий.
К слову, он тоже подписал контракт на два фильма, и точно знал, что в начале второго Джош с Центурионом расстанутся. Будет ли это смерть или его еще приберегут?.
. Алеф не знал.
— Ну ничего, Арвен вообще бессмертной была, но им с Арагорном это не помешало, — заметил Гелбрейт. — Так что и у вас с Центурионом сладится, — он хмыкнул и добавил лукаво: — Говорят, сцена вышла горячей и с одного дубля, да так, что пару камер вырубило от напряжения. Врут, поди?"
"— Насчет камер — не знаю, — Алеф покосился на него. И что тогда спрашивал, сняли или нет, если и так знает? — Но насчет дубля — верно, — он покрутил в руке пачку, раздумывая, прикурить ли еще сигарету, и решил, что не стоит.
— Поверь мне, в паре с Маккентоем по-другому и не вышло бы, он не играет, он проживает роль.
— Тем более да ну нафиг с ним играть, — Гелбрейт притворно поежился. — Потом всю жизнь вспоминать, сравнивать и проклинать чертовы камеры. Ну вот какая радость с таким мужиком пообжиматься, а с главным обломиться?
Алеф мысленно хмыкнул. Интересно, что бы запел Гелбрейт, узнай он о том самом ""главном""?..
— Мне и того, что было, хватило через край, — покачал головой и все-таки потянул из пачки еще сигарету.
— Не моя лига, — добавил, затянувшись.
— Вот как?.. — искренне удивился Гелбрейт. — Не обижайся, но народ интересное про ту сцену говорит, вот я и подумал… — он обезоруживающе улыбнулся.
— А знаешь, это, между прочим, комплимент! — Алеф улыбнулся. — Значит, и правда хорошо сыграл.
К этому придется привыкать. Слухи быстро разлетаются, и скоро в актерских тусовках подобных подкатов будет дохрена.
