— Ох, недоброе число!»
— Дети, — голос наставника срывался, — внимание! Сохраняйте полное спокойствие. Запритесь в классе, вам ничего не угрожает. Я скоро вернусь.
Он и сам знал, насколько абсурдно и противоречиво звучат его слова. Похоже, даже малышей они неспособны обмануть. Для Старого Бирюка такая дверь — что паутина для ураганного ветра. Пожелает войти — она ему не преграда. А если тот, кого он тащит, тот самый верзила, что задал не так давно перепугу односельчанам, тогда дело совсем плохо может кончиться. Преподаватель стремглав выскочил из класса.
"
"«Куда бежать? К депутату? Нет, сперва глянуть самому. Может, все-таки дурацкая шутка? — учитель открыл дверь в подсобку, схватил колун, затем, поморщившись, отбросил. — Кого я обманываю? Даже если я обвешаюсь топорами, в случае беды это не поможет. А вдруг все же глупая шутка? Он же ушел девять ночей назад, разве может человек столько времени без ничего, в Диком Поле, пусть даже и с автоматом?»
Шум снаружи означал, что новость о прибытии Наставника Боя уже взбудоражила селение.
Откуда-то в голове всплыла поговорка, слышанная еще в детстве: «На миру и смерть красна» — слабое утешение.
Он вздохнул, перекрестился, как делал когда-то его отец, невесть зачем. Он и сам отмалчивался, когда дети спрашивали, для чего он так делает, но сейчас никакая предосторожность не была лишней.
У ворот толпился местный люд, со страхом глядящий, как по натоптанному тракту, совершенно не скрываясь, к селению движется Старый Бирюк. В прежние времена тот редко пользовался воротами, пожалуй, лишь когда водил детей на уроки ориентирования в лесу.
А теперь вот шел и тащил на себе какого-то человека, даже крупнее, чем он сам. Хоть тот едва перебирал ногами, было видно, что он огромен и силен.
Депутат, возглавлявший местную общину, увидел приближающегося учителя, и, казалось, вздохнул с облегчением.
— Как думаешь, живые, или мертвяки?
— Не знаю, — не сводя глаз с гостей, пробормотал наставник. — Так и не разобрать. Вроде живые.
— А как разобрать? — ухватил главное народный депутат.
— У них пятна должны быть по телу, а сами они холодные.
Глава селения поморщился.
— Что же, за руки их хватать или попросить, чтобы одежу с себя скинули?
Учитель живо представил себе реакцию живого Наставника Боя на такую просьбу, а мертвяки, те, по слухам, и подавно отличались скверным нравом. Хотя, казалось бы, куда уж сквернее?
Между тем Старый Бирюк молча подошел к воротам и свободной рукой толкнул створку. Та не поддалась.
