Брат должен был пойти на брата, сосед на соседа, города — обратиться в развалины, а на вытоптанных полях стали бы расти только сорняки. В семнадцатом году все тоже начиналось с воплей о демократии, а закончилось всеобщим разорением и кровавой междоусобицей. Из всех вариантов будущего для территорий Советского Союза американские «стратеги» стараются выбрать самое страшное, и не их вина, что тщательно составленные планы в Основном Потоке удалось реализовать меньше, чем наполовину. В любом случае не только лишь все из советских людей смогут пережить трагическое время, именуемое «девяностыми», и еще большее их количество, спасая жизни, вынужденно станут бесправными и неимущими беженцами.
Но в этом мире такое еще не предопределено, есть еще в народе запал на один последний рывок, и этот шанс необходимо использовать. С натугой мы, вместе с последними из могикан, вертим историю в противоположную сторону, и у нас это получается.
Транспортные челноки были поданы советским десантникам прямо в пунктах постоянной дислокации.
Погрузка на борт, тридцать минут суборбитального полета (быстрее было бы только через порталы) — и вот он, город Вашингтон, распростертый на берегах реки Потомак. От театра военных действий, где с треском рушатся устои западной гегемонии, американскую столицу отделяет Атлантический океан, и эта отдаленность создавала некую иллюзию безопасности. Там, внизу, все уже проснулись, плотно позавтракали и прибыли на рабочие места, внимать по CNN новостям из пылающей Европы.
В самой Америке, несмотря на удары из космоса по военным базам и некоторым стратегическим производствам, пока все не так уж и плохо, как могло бы быть, исходя из довоенных представлений. Никто не наносит ядерных ударов по американским городам, и орды советских десантников-парашютистов с балалайками наперевес не высаживаются на головы американцев, чтобы утвердить коммунистическую власть.
Все так же привычно врут голубые экраны, с которых президент Рейган призывает свою паству к стойкости, бдительности и готовности преодолевать трудности, ведь поражение в Европе — это еще не разгром самой Америки.
Шпиономания полыхает такая, что по сравнению с ней времена маккартизма меркнут будто луна после восхода солнца. «Имперских агентов» и «коммунистических шпионов» (а на самом деле людей, не согласных с политикой Рейгана) ловят по всей Америке и, не заморачиваясь юридическим процедурами, «судят» по методу судьи Линча.
