Год нашей любви

Так что обставлять вратарей – мое любимое занятие.

Ее глаза расширились.

– Ничего, если я окунусь?

– Конечно, – улыбнулась она. – Мы начнем не раньше, чем через пять минут.

– Отлично, – сказала я, после чего скользнула в воду, опустила голову и принялась разрезать голубую гладь.

Когда я всплыла глотнуть воздуха, то увидела у бассейна остальных членов команды по водному поло – их было с полдюжины. Эллисон и еще один парень, я видела его в столовой Бомонта, протягивали веревку, которая делила бассейн на две части.

– Собираемся в этой половине бассейна! – объявил парень с зубодробительным британским акцентом.

Я проплыла под веревкой и подобралась поближе к тому месту, где он стоял.

– Для всех, кто со мной незнаком: я Дэниел. И так как мы теперь такая чертовски организованная команда… – На этом многие заржали. – …я собираюсь уделить правилам как минимум одну или две минуты. Затем начнем тренироваться. Так что все хватайте тюбинги… – Он указал на кучу в углу.

Все пошли за тюбингами, а я почувствовала, как подпрыгнул мой пульс. Тюбинги лежали примерно в восьми футах от угла бассейна, а значит, близился один из моментов, когда мне придется просить чьей-то помощи.

Я ненавидела эти моменты.

В растерянности я прижалась к краю бассейна, глядя, как все остальные берут тюбинги и идут обратно. Никто не обращал на меня внимания, что обычно меня вполне устраивало. Эллисон и Дэниел были последней парой на бортике бассейна, и я вперила взгляд в нее, надеясь, что она тоже посмотрит в мою сторону.

Это сработало. Эллисон остановилась и улыбнулась мне. Она указала на тюбинг в своих руках, а потом на меня. Я с благодарностью кивнула, и она бросила его мне. Я поймала тюбинг и тут обнаружила, что Дэниел, наморщив лоб, сверлит меня взглядом. А потом он оглянулся и увидел мое инвалидное кресло.

Дэниел почесал ухо и нахмурился. Подойдя ко мне, он присел на колени на бортик бассейна.

– Знаешь, иногда игра бывает жесткой.

Я почувствовала, как кровь ударила мне в лицо.

– Ничего страшного, – ответила я. – Я хорошо плаваю.

Впрочем, я явно погорячилась. Чуть позже, поскольку унижениям непременно находится место в моей жизни, я не смогла залезть в тюбинг. Он был крупнее, чем тот, который физиотерапевт Хизер нашла мне для занятий, и в итоге лишь с третьей попытки мне удалось наконец-то перевалиться через край.