Годовой абонемент на тот свет

 – У Денисовой есть младшая сестра Юлия. Разница в возрасте у них минимальная, всего один год. Юля работала стюардессой, познакомилась с французом Альбером де Гаром, вышла замуж, уехала жить в городок Овер-сюр-Уаз. Простите мой парижский прононс.

– Ты прекрасно справился с трудным названием, – похвалила я Кузю, – это маленькое поселение недалеко от Парижа. Минут за сорок до него от столицы доедешь. Там всегда много туристов, их привлекает гостиница, в которой провел последние месяцы жизни и умер художник Ван Гог.

– Юлия по всем правилам поменяла имя на Джулию, – уточнил компьютерный волшебник, – офранцузилась пятнадцать лет назад, давно владеет парикмахерской, торгует мылом, шампунем, духами.

– Сестры Денисовы дурят тех, кто решил заниматься в «Школе аромата», – подытожила я.

– Ну почему? – возразил Кузя. – Анна может научить состряпать мыло или какую-нибудь воду во флаконе. Но сейчас в «Школе аромата» кроме нее есть учитель Евгений Сидорович Калинин, химик. Я порылся в документах школы и нашел нечто интересное.

Глава 23

– Они жульничают с налогами? – предположил Сеня.

Наше компьютерное чудо схватилось за бутылку с водой.

– Этого вопроса я не касался, но, похоже, ты прав. Анне денег по ведомости не выписывают. Она якобы бесплатно ведет группу, чтобы научить людей чему-то полезному. Вот такая добрая госпожа Диорелло.

Дегтярев забегал по комнате.

– Зарплата в конверте – давно известная фенька.

– Курс лекций рассчитан на три месяца, оплата за него такая смешная, что и говорить не о чем, – сказал Кузя.

– Ясно, – кивнул Сеня, – официально указывают две тысячи рублей, из этой прибыли платят налоги. Остальную сумму студенты отдают налом по-тихому.

– Возможно, – согласился властелин компьютеров, – но это недоказуемо, ученики, понятное дело, на каждый триместр набираются новые. Но с осени прошлого года и по сей день знаниями парфюмера овладевают пять постоянных учеников: Федор Борисович Урусов…

– Мужчина? – перебил Сеня.

Я повернулась к Собачкину.

– Видишь ли, среди величайших парфюмеров мира большинство – представители сильного пола.

– Но они не ходят на примитивные бабские курсы! – воскликнул полковник.

У меня возникла версия:

– Возможно, Федор влюбился в преподавательницу.

– Любовь! Морковь! Кровь, – замогильным голосом прогудел Кузя, – дамы обожают страсти-мордасти. Не спорю, мужчины тоже способны на сильное чувство. Но может ли пылать страстью покойник?

– Так, – сказал полковник.