– Басмановы!
Отец и сын тотчас же метнулись от толпы бояр, пока Иоанн выжигал взглядом своим стражника. Первым делом Алексей ногою своей пнул в сторону секиру рынды.
- Ежели очи твои лукавые мешают тебе, что истинно, а что ложно, - произнёс царь, постукивая пальцами своими по посоху, - к чему они тебе?
Короткого взгляда, который бросил Иоанн на Алексея, а через миг на и Фёдора, хватило, чтобы Басмановы принялись за исполнение приказа.
Старший Басманов зашёл за спину рынде, крепко скрутив руку его за спиною и поднимая лицо наверх, оттягивая за волосы.
Фёдор сглотнул, достал нож свой из ножен и обернулся на государя.
Иоанн коротко кивнул. Губы его искажала жестокая усмешка.
Юноша крепче схватился за рукоять своего оружия приблизился к рынде. На мгновение он заглянул в лицо человеку, которого было велено ослепить. Фёдора охватило чувство, не ясное самому юноши, коего не мог он испытать в пылу битвы.
- Давай, Федь. – голос отца окончательно развеял сомнения, ежели они и были.
То мгновение пронеслось столь быстро, что Басманов-сын едва уловил его. Фёдор ощутил горячий поток крови, что бойко хлынула, заливая всё лицо стражника. Слух точно отказал – юноша не слышал надрывного ора, что разнёсся по сводам тронного зала.
Второй удар был твёрже – рука новоявленного карателя точно окрепла, держа оружие своё. Алексей отпустил рынду, когда тот возопил в адской агонии.
В крике рынды терялся низкий звучный смех Иоанна.
- Нынче всё иначе будет устроено… - вздохнул государь, медленно возвращаясь на трон свой.
Бояре и воеводы, которые несколько мгновений до того держали совет с государем, боялись шевельнуться.
Фёдор ощутил, как тяжёлая рука опустилась на его плечо. Обернувшись, юноша встретился взглядом со своим отцом. Алексей одобрительно кивнул, пару раз хлопнув сына по плечу.
Тот жест точно вывел Басманова-сына из оцепенения. Он опустился на колено и вытер лезвие своё о плечо рынды, которого колотило от жуткой боли.
Фёдор бегло оглядел ослеплённого и поднялся на ноги, переведя взгляд на царский трон.
Иоанн сидел, глядя полубезумным взглядом куда-то вперёд. Губы его подрагивали, но ни звука он не произносил.
В том жутком оцепенении прошло около минуты. Казалось, само время застыло, не решаясь двинуться дальше.
- Иначе всё… - тихо прошептал Иоанн, мотая головой и закрывая свои веки.
…
Деревянные балки нависали практически над самыми головами людей, забившихся в углу.
