Людей уже собралось немало - опричники сидели, неравномерно занимая места свои за столами. Все движения их, как и поток тихой бескостной речи указывали на неторопливый дух, что царил ныне в трапезной. Одеты они не были по уставу – видно, мужчины и воины оставили свои кольчуги и мрачные одеяния вне этих стен. Сейчас же они собрались с тем, чтобы звенеть не оружием, но чашами своими с прохладным питиём, которое призвано было унять буйства вчерашнего застолья.
Царский трон пустовал. Лишь свет, мягкий да золотистый, скользил по резным узорам, то прячась в углублениях, то дерзко сияя на рёбрах.
Судя по тому, что слуги государевы уже приступили к утренней трапезе, дожидаться владыки не стоило.
Фёдор мельком оглядел утреннее застолье. Юноша взглядом искал своего отца, и заметил Алексея. Басман-отец уже с утра опохмелялся ото вчерашнего пира и болтал с Афанасием Вяземским. Низкий бас их был легко различим в слабом шуме, что наполнял палату.
Однако по мере того, как собравшиеся в трапезной стали замечать Фёдора, разговоры всё тише делались.
Юноша повёл головою, оглядывая опричников да думных бояр. Считав некое недовольство и холод на суровых бородатых лицах, Фёдор лишь вскинул да изогнул брови соболиные, дивясь такому приёму.
Басман-отец, заслышав перемену в общем гуле в трапезной, умолк, не досказав мысли своей Афанасию да и обернулся ко входу в залу. Свёл брови Алексей от чувства прескверного, видя, какого нрава опричнина ныне ко Фёдору.
Сам же юноша с виду будто бы и не замечал тех взглядов.
С тем настроением, что был на грани холодной враждебности, и занял молодой опричник место подле отца своего.
Не успел Фёдор сесть за стол, как подле него опричник принялся охлопывать себя по карманам, по груди да проверил кольца на руках своих.
После того опричнику было будто всё ещё тревожно – отсел от юноши, продолжая проверять сохранность вещей своих.
Басманов-младший с прелюбопытством глядел на это действо. Все опричники, что сидели за столом этим, тотчас же принялись будто бы рыскать по карманам своим.
Движения их были широки да размашисты, точно на потеху.
Лицо Алексея всё мрачнело, по мере того, как странная игра охватывала весь зал. Булатов Иван, сидя вдали от обоих Басмановых, так же принялся шарить по карманам своим.
Опричники хлопали себя по телу, даже не имя карманов. Ещё мгновение, и Алексей встал бы в полный рост, и без мордобоя не обошлось.
Но по незримому знаку все как один унялись, оставив ту глупую игру.
