Почувствую освобождение.
Этот быстрый секс на столе не то, что удовлетворения не принёс, скорее голод по чертовке усилил.
Озираюсь и понимаю, что чуть телефон в руке не раздавил.
Как же она бесит, сводит с ума, дурит башку, плавит мозги. Хочет секса, пусть потом не ноет, когда я ее трахну там, где найду.
Резко встаю с кресла, в котором пытался скинуть напряжение и натягиваю боксеры, джинсы. Живо умываюсь в ванной, беру ключи.
Готов найти и покарать. За наглость. За то, что завела так, что теперь ни одна баба не может ее заменить.
Уже открываю дверь, и чуть не врезаюсь в Дэна.
— В чем дело? — хмурю брови и хочу мимо пройти, но он глазеет внимательно и дорогу преграждает. — Где ты был?
— Вопрос не в том, где был я, а в том куда собрался ты?
— По делам.
— Похоже, все твои дела в пиз*денке одной шлюшки, — говорит Дэн насмешливо, и моё сознание тут же застилает красный туман ярости.
Резкий бросок руки, на лету сжимаемой в кулак, и Дэн падает на пол. Смотрит исподлобья, потирает челюсть. А я как волчара перед сворой псов, готов вцепиться в глотку любому, кто слово против волчицы моей скажет.
— Ты пи*ди, пи*ди, да не зарывайся. Василиса не шлюха, и, если я ещё раз от тебя услышу подобное, яйца отрежу и тебе же скормлю. Ясно? — гаркнул я."
"— Да уж куда яснее. Может, хоть сегодня разберёмся с человеком, который подложил взрывчатку твоей принцессе? — ехидно кривит губы, но ведь знает, чем пронять.
Ток кровавого предвкушения по венам. Разжимаю кулаки и подаю руку.
— Нашли?
— Да, выцепили у бабы его, — поднимается на ноги Дэн, вынимает платок и кровь на губах утирает.
— Передернул бы, если так штырит.
Как будто я не пытался.
— О своих яйцах я сам буду думать, показывай, где этот ходячий труп и парней зови. Упустим его, всех линчую.
Нашли мы этого урода у бабы его. Они в квартире уже сутки тусовались, Леня караулил. Ждать, когда он выйдет сам я не собирался, поэтому стянул футболку и полуголый к двери подошел.
— Залили меня, уроды! Открывай!
В глазок было видно только мою голую грудь, и наивный придурок открыл двери.
Я тут же толкнул в грудь этого хлыща, который работал у нас в баре, а бабу его орущую отпихнул к стене.
Обоих потащили в сторону комнаты.
— Бабу на кровать, — приказал я парням, и те уже довольно засверкали глазами. — Тряпку снимите с нее. Если наш друг говорить не хочет, мы с нее спросим.
Парень, Власов Коля, пытался вскочить, взмахнуть рукой, но я резко скрутил его, пихнул в пол, и прижал ногой голову.
— Слушай сюда, тварина.
