Только урода найду, кто напугать меня пытается.
— От нахалки слышу, — шепчу ей на ухо, руками захватывая в плен любимые титьки. Такие упругие, с горошинками сосков и вдруг…
Шлепок. Бл*ть!
Чувствую, как по лицу сползает что-то липкое, облизываю губы и чувствую сладкий белок.
— Ой, какая же я неуклюжая, — смеется она в голос, а я лишь отпускаю руки с ее груди, стираю сладкую субстанцию и шлепаю ее на пол.
— Беги, Малыш, если не хочешь потом влагалище отмывать от этого дерьма.
Он смеется пуще прежнего, сгибаясь пополам, я только качаю головой, что совсем перестал ее пугать.
Раз не слушается.
Ну ничего.
Хватаю пакет над ее головой, беру в руки оставшиеся пирожные и выдавливаю крем ей на голову.
— А — а! — кричит она и пытается оттолкнуть меня, но я держу ее за плечо и размазываю «шампунь», на что она вдруг изгибается, оказывается на полу и быстро отползает в сторону душа.
— Куда! — тут же цепляю ногу и тяну на себя, поднимаю в воздух и бросаю на кровать, которая легко отпружинивает стройное тело.
— Я же предупреждал тебя.
— Макар, — откашливается она. — Пошутили и хватит.
Но разве я шутил?
Я поднимаю брови, ухмыляюсь и стягиваю футболку. Смотрю в ошалелые глаза и стягиваю брюки. Обляпанной рукой провожу по уже давно колом стоящему член и, как воин готовый к битве, делаю шаг к кровати.
Натачиваю инструмент и вижу, как завороженно она на него пялится. Знаю, что хочешь. Сотрясаюсь, фантазируя, как Вася будет его вылизывать своим розовым язычком.
— Стой! — останавливает она меня рукой.
Опомнилась значит. — Это уже не смешно, как я потом вычищать это буду.
— Я ершик тебе куплю, — ухмыляюсь я и коленом давлю на матрас, рукой продолжая надрачивать член, завораживать ее этим.
— Засунь его себе в задницу, — пытается Васька скрыть улыбку и дергается в сторону, хочет сбежать, но я ловко подминаю жертву под себя, наслаждаясь тем, как хорошо наши тела друг другу подходят. Тут же вклиниваюсь между ног.
— Перестань, у меня уже влагалище болит, — просит она пощады, но я не трахался всю неделю, так что пусть отрабатывает.
Тем более… Руку веду вниз, нащупываю до одурения влажные губки и поднимаю брови.
— Ты же мокрая. Течешь как сука. Тем более, — наклоняюсь ниже, к самому уху, тоже заляпанному белком, и шепчу: — Тем более белок отличная смазка.
Целую сначала шею, слышу протяжный вздох, лижу сладкие губы языком, сразу напоминая, кто в доме хозяин. Пальцем обвожу клитор, дырку и подставляю туда головку члена — раздвигаю ноги.
