Глава 8
Через неделю после аварийной посадки, перед отбытием на Рокшан, мы присутствовали на торжественном приеме, устроенном в нашу честь главой рокшанской колонии Крап-чага. Я ненадолго оставила Рантаира за столиком одного, а сама отправилась «припудрить носик» в сопровождении толпы охранников, а когда вернулась, увидела за нашим столом еще двоих гостей с белоснежными головами. И хотя их волосы не были настолько ослепительно-белыми, как у Рантаира, мне и без того стало понятно, что передо мной такие же рокшанцы-мутанты.
Я присела возле лина и, взяв его за руку, начала поглаживать, одновременно с интересом наблюдая за соседями. Я чувствовала, как он напряжен рядом с этими двумя мужчинами. Рантаир повернулся ко мне и сухо сказал:
– Эльтарина Ева кован Разу, позволь представить тебе главу третьего по старшинству крови рода – эльтара Йанура доран Вайсира и сына его брата эльтара Харнура доран Вайсира.
Стараясь не выказывать явного сочувствия, которое я невольно испытывала к не таким как все, я проявляла осторожное любопытство.
Йанур был довольно зрелым мужчиной лет ста, не меньше. Он был удивительно коренастым в отличие от гибких и стройных соплеменников. Лицо его поражало выражением силы, власти, бескомпромиссности. Знакомые вишневые глаза, в которых невозможно прочитать, о чем думает собеседник, и тонкие губы, сжатые в жесткую линию. Он был больше похож на землянина, чем другие встречавшиеся мне рокшанцы."
"Племянник был копией дяди. Я бы даже сказала, что Харнур его сын, если бы не знала, что это невозможно.
Еще совсем юноша, наверное, только вошедший в пору половой зрелости, он настолько пристально смотрел на меня, что стало бы неприятно, если бы я не знала о причине столь откровенного внимания. Несчастный чудовищно голоден. Я приветливо кивнула им и, улыбаясь, накрыла его дрожащие руки своей рукой. Он вздрогнул как от удара, но руки не отнял. Зато Рантаир – кто бы сомневался – напрягся и уже начал вставать, пытаясь прервать этот контакт, но я прошептала, глядя ему в глаза:
– Рантаир, ему плохо, он же голоден.
Вспомни, каково тебе самому было в его возрасте. – Лин едва сдерживался, чтобы не наброситься на родственников. Пришлось настойчиво потянуть его за руку, призывая сесть: – Я почти ничего не чувствую. Очень странно: у него почти нет вкуса, но мне не больно прикасаться к нему.
Отпустила руку Рантаира и направила ладонь в сторону Йанура, пытаясь почувствовать и его энергию. Но и тут почти ничего.
