Голос Ветра (СИ)

Потому что ничего делать не умела, всему училась, а это всегда интересно.

В мою комнату вошли без стука.

Вроде родители спали. Я с пледом в руках повернулась ко входной двери и замерла, послушная большой руке в чёрной перчатке прислонилась к стене у шкафа. Руки вверх подняла, выронив покрывало на пол и смотрела во все глаза на пистолет с глушителем.

Мужчина был одет во всё чёрное. И я бы очень радовалась, если б это был спецназ или другие представители власти. Но… Увы. Черная балаклава прятала лицо. Он приложил палец к тому месту, где должны быть губы.

Я глянула на него и тут же спокойно отвернулась.

Раскосые зелёные глаза, как у кота, выдали его с ног до головы. Олег Измайлов ногой повернул к себе мольберт. Посмотрел на портрет мамы.

— Ты ей польстила, — прошептал он. — Не бойся, Мышонок. Сейчас посидишь в комнате, я через полчаса приду, заберу тебя.

Он не хватал меня, не пинал. Чуть тронул плечо, и я послушно пошла туда, куда он велел.

Недалеко пришлось идти. Он отвёл меня в комнату напротив.

Когда вышли в коридор, снизу доносился истошный вопль Инги. От этого выступили слёзы на глазах.

Комната напротив оказалась пустой. Стояла кровать незаправленная, в шкафу ничего не было.

— Богдана, всё будет хорошо, — сказал на прощанье Олег Измайлов и ушёл, закрыв меня на замок.

Я прошла к окну и открыла его. Посмотрела вниз.

Наверное, то, что обо мне думали, как о дебилке меня защищало и спасало. Никто не ожидал от меня решительных действий. Я аккуратно вылезла в окно и зацепилась за водосточную трубу.

Этот дом - крепость. Его строил какой-то фанатик средневековых замков, так что и водосточные трубы этого дома должны были выдержать пару ударов катапульты.

Спускалась по трубе вниз.

Не предполагалось, что я на такое способна. Олег придумал себе девочку-дурочку, влюблённую в него. Я по его мнению несостоятельная. Не понимала, что происходит? Послушно должна его ждать? Не буду сопротивляться?

Я должна была в полицию побежать…

Только вот проблема, папа не велел связываться с полицией.

Своим заявлением я могла навредить папе, хотя, если предположить дальнейшее развитие событий, хуже уже не будет.

В главные ворота я не пошла, там дежурили мужчины. Собак убили.

Я прошла к открытой калитке, что вела на пристань. На самой пристани курили двое охранников. Я мышкой прошмыгнула в сторону и попыталась пролезть между ёлками, кустами и колючей проволокой.

Получилось, только поцарапалась, порвала штаны.