Голос вождя

За окнами райисполкома полыхнуло яркое желтое пламя, словно там свет включили на секунду, а потом рамы выбило фонтанами дыма. Из-под крыши-купола тоже рванули серые клубы, и кровля тут же просела, рухнула на второй этаж. Ослабленные взрывом перекрытия не выдержали и опустились на первый, устраивая немцам давильню. Фасад выстоял, но это длилось секунды три.

Вот зазмеились трещины по колоннам, и вся стена медленно начала валиться — плашмя, погребая под собой и автобусы, и «Ганомаг».

— Все, уходим! Вовка!

Пробежав дворами, осназовцы пересекли улицу Октябрьскую и двинулись к месту встречи, оставляя за спиной сильно расстроенных немцев.

Несколько грузовиков с пехотой пронеслись по направлению к военному городку. Наметов уже пробегал мимо сломанного шлагбаума, перекрывавшего улицу Новая Заря, когда видимая казарма, одноэтажное приземистое сооружение, опоясалась огненными сполохами, ударившими из окон, и железная двускатная крыша плавно опустилась, накрывая живых и мертвых.

Осназовцы припустили по знакомой тропе, и в это время раскатисто ударил грохот взрыва, изломившего железнодорожный мост.

— Молодцы! — выдохнул Наметов.

Старший лейтенант первым добрался до грузовика, укрытого ветками, и стал дожидаться остальных. Сначала прибежали подрывники-«железнодорожники», потом Кобенко, порезвившийся в военном городке.

— Все тут? Раненых нет?

— Задело маленько, — прокряхтел Кобенко, — по касательной. Жить буду!

Грузовик, потряхивая бортами, вырулил на еле приметную колею и покатил прочь, догоняя линию фронта.

«Опель» катил по пустынному шоссе, «застрахованный» от немецких авианалетов, — в кабине нашелся красный «фартук» со свастикой. Такие фрицы вешали на капоты грузовиков и передки своих танков, чтобы с высоты их можно было распознать. Была, правда, опасность, что в таком случае их бомбанут наши. Ну так глаза надо иметь — и пользоваться ими, смотреть в оба и бдеть.

Объехав Осиповичи стороной, осназовцы повстречались с теми самыми артиллеристами, приютившими их намедни.

— Привет пушкарям! — заорал Наметов, вылезая на подножку.

— Здорово! — расплылся в улыбке комбатр.

Было заметно, что «пушкарь» начал осваиваться — после боевого крещения обрел изрядную толику уверенности и уже не выглядел нервным.

— Если не прогоните! — рассмеялся Сергей.

— Да живите, чего там! Тут много наших. Вон в той роще начинается хозяйство 1-й гвардейской танковой дивизии! Прибегали уже, заварку просили.