Голоса ночи (сборник)

Об этих подвохах она уже не раз была предупреждена сперва Борисом, затем своим непосредственным начальником. Ей сказали, что если она хотя бы попытается намекнуть кому-то, чем занимается на работе, то немедленно ее потеряет. А утратить такое место, где ничего не приходилось делать, кроме как умирать от духоты, варить кофе и бродить по Интернету… Да еще получать за все это пятьсот долларов в месяц? Ну уж нет. И Настя спокойно отвечала, что ее дело – сторона. Она лишь перепечатывает бумажки.

– Но ты все равно должна кое-что знать! – настаивала подруга.

– Да что я понимаю? Это все какие-то накладные или деловые письма. Когда я печатаю, то в смысл не вникаю.

– Чем они хотя бы занимаются? Недвижимостью? Машинами? Продуктами? Аппаратурой? Что продают? Кому?

Настя теряла терпение:

– Да ничего я не знаю. Если тебе так интересно – нажми на мужа.

Мария отмалчивалась, и было ясно – как раз этого она и не решается сделать. После паузы она признавалась, что страшно соскучилась и, наверное, именно поэтому задает себе и другим слишком много вопросов.

– Мы же рядом, – вкрадчиво говорила она. – Может, сходим куда-нибудь вместе? Пообедаем?

– Ну почему? – Мария начинала говорить умоляющим тоном. – Тебе некогда? Или не хочется?

– Некогда. У меня собака. Ее нужно выгуливать. Иногда я посещаю родителей. И потом, я записалась на курсы английского.

Тут Настя лгала, но это было неважно. Главное – она вовсе не желала встречаться с прежней подругой. Впрочем, они так и не стали близки. Причиной была не разница в возрасте, а нечто иное, возможно, отношение к жизни.

– Некогда… – разочарованно говорила Мария. – Погулять с собакой у тебя находится время, а поговорить с подругой – нет?

– Точно, – Настю вдруг посетило вдохновение. – То есть время у меня нашлось бы, но лишь на одного из вас.

– И ты выбираешь пса?!

– Да. И знаешь, почему? Потому что сам он не может позаботиться о себе.

В трубке повисло молчание, потом Мария попросила повторить.

– Он зависит от меня, только от меня. А ты – нет. Это мне сказал человек, чья мать собралась забраться в какую-то норку в нагорной Лхассе.

– Господи, – тихо сказала Мария. – Ты рехнулась?

– Может быть, – ответила девушка. – Но собаку бросить не могу. Между прочим, этот человек пошутил. Его мать никуда не собиралась. Но этот пес когда-то принадлежал моему жениху. Того зарезали. И никто до сих пор не знает – почему. Так что я за него в ответе.

– За пса или за жениха? – уже зло вопросила подруга.