Голоса ночи (сборник)

– Хоть бы иногда думала о семье, – мать явно была раздражена. – Даже не звонишь больше. Заработалась?

Настя упала на табурет и раскрыла сумку:

– Вот – первая получка.

– Ого, – та перелистала купюры и вопросительно подняла глаза. – За месяц? Многовато…

– Это официальная ставка?

– Да. Налог уже снят. Бери-бери, – девушка заметила недоверие на лице матери. – Это все вам.

– А ты на что будешь жить? – та, все еще сомневаясь, пересчитывала деньги. – Прежде ты никогда не отдавала все.

– Антон отказывается от моей зарплаты.

Тут мать обрадовалась. Она заявила, что всегда верила в порядочность этого парня. Сразу было видно – человек надежный. Настя вяло улыбнулась:

– Так-то оно так. Но я бы предпочла, чтобы он что-то взял. А то чувствую себя нахлебницей.

– Послушай, – мать присела рядом и робко погладила ее по плечу, обтянутому пестрой блузкой. – Я давно хотела с тобой поговорить. Что ты думаешь делать дальше?

– Ох, перестань, – она обиделась. – Неужели нельзя серьезней? Тебе уже двадцать три.

Настя хотела было снять руку с плеча, но вдруг остановилась. Это прикосновение было приятным. Она знала, что мать всегда закрывала глаза на ее жизнь, пыталась ничего не видеть, не слышать, чтобы не пугаться… И презирала ее за это. Думала, что та сознательно уходит от решения проблемы. Думала даже, что мать совсем ее не любит, раз так легко смотрит на ее незаладившиеся романы. А сейчас ей было приятно ощущать эту руку, как будто ей в самом деле могли оказать помощь.

– Какие там нотации, – горько сказала женщина. – Ты взрослая, даже слишком.

– Да погоди, – та явно собиралась с духом. – По-моему, Антон отличный парень. Не знаю, кого ты ждешь, кто тебе нужен… Мне он понравился больше всех.

– Как? – Настя, наконец, освободилась от объятий, которые делались все более настойчивыми. – Ты же сама говорила, что Коля серьезный человек, что ты им довольна, я буду с ним счастлива. А теперь вдруг – другой?

Мать посмотрела на ее пристальным, оценивающим взглядом:

– А ты чего ждешь-то? Что он воскреснет?

Настя покачала головой.

– Кто мертв – тот мертв, – произнесла она. – И ничего я не жду.

– Тебе двадцать три!

– Да хоть двести три. И что дальше?

Мать внезапно сузила глаза. Она показалась Насте совершенно незнакомой.

– Я виделась с ним, – сказала та. – С твоим парнем.