Головоломка

Клинг вышел наружу.

— Кто будет свидетелем? — обратился он к толпе.

Молодой бородатый негр с шапкой курчавых волос отделился от группы молодежи и подошел к Клингу.

— Священник умер? — спросил он.

— Да, умер.

— Кто еще?

— Две женщины.

— Кто они?

— Еще не знаю. Когда все уляжется, проведем опознание.

Клинг вновь повернулся к толпе.

— Видел кто-нибудь, как это случилось?

— Я и видел, — сказал парень.

— Как твое имя, браток?

— Эндрю Джордан.

Клинг вынул блокнот.

— Хорошо, рассказывай.

— Что вы там собираетесь писать? — заволновался Джордан.

— Ты же сказал, что видел, как…

— Ну, видел. Я шел мимо, шел в биллиардную вон туда, а женщины пели внутри, потом остановилась машина, вышел мужик, бросил бомбу и побежал назад к машине.

— Какая машина?

— Красный «фольксваген».

— Какой модели?

— Да кто их разберет, эти «фольксвагены»!

— Сколько в нем было человек?

— Двое. Водитель и мужик с бомбой.

— Номер заметил?

— Нет. Они быстро уехали.

— Можешь описать человека, бросившего бомбу?

— Могу.

Он был белый.

— Что еще? — спросил Клинг.

— Это все, — покачал головой Джордан. — Он был белый.

* * *Во всем Смоук Райз было около трех десятков поместий, где в роскоши и уединении жили не более сотни людей. По участкам извивались, кое-где сообщаясь, частные дороги. Мейер Мейер проехал между широкими каменными ограждениями, обозначающими западный въезд в Смоук Райз, и попал в город, ограниченный с севера рекой Харб, а от автострады Ривер Хайуэй на юге — стеной из тополей и вечнозеленого кустарника.

Фешенебельный Смоук Райз остальные жители города фамильярно и иронично называли «Клубом».

Выйдя из машины, Мейер услышал звуки речной жизни — сопение буксиров, гудки, короткий вскрик корабельной сирены на проходящем по фарватеру эсминце. Отраженные огни трепетали на колышущейся водной глади — фонари на тросах подвесного моста, яркие всплески красных и зеленых огней на противоположном берегу, одинокие прорези освещенных окон в жилых домах. Отражение самолета, пролетающего высоко над рекой с мигающими огоньками на крыльях, напоминало подводную лодку.

Было холодно, но несколько минут назад появилась тонкая, пронизывающая морось. Мейер передернул плечами, поднял воротник плаща, чтобы прикрыть шею, и направился к старому серому зданию, поскрипывая по гравию дорожки туфлями. Этот звук далеко разносился, угасая в высоких кустах вокруг.

Макартур Лэйн, 374 находился в конце дороги, делающей поворот после Гамильтонского моста.