Наркотики доставлялись действительно Индзерилло. На одной из военных американских баз существовал перевалочный пункт. Вот, собственно, и все.
— Так что, Ди Перри будет гулять на свободе? А Индзерилло?
— По предложению группы «Р-11», изучившей ситуацию, решено не вмешиваться. Индзерилло слишком крепкий орешек. Наши люди просто сообщили конкурентам из других «семейств» обо всем. Я понимаю, что это не лучший выход, но в сложившихся условиях у нас не было иного. Ты же знаешь — доказательств почти никаких. Мы же не можем предъявить банкира.
А другие будут молчать. Разговорчивый язык обычно отрезают вместе с головой. Это стиль Индзерилло.
— А что это даст?
— Они начнут устранять друг друга. То есть мешать друг другу. А это уже немало. Хотя пока это только догадки. Увидим.
— Ты останешься здесь? — спросил вдруг Гонсалес, меняя тему разговора. — Я слышал, тебя переводят в отдел безопасности?
— Да, — неохотно подтвердил Дюпре.
— Поздравляю нового комиссара Дюпре. — Мигель даже шутил с не очень веселым лицом.
— Кстати, можешь поздравить и себя. Тебя рекомендовали на должность регионального инспектора. — Элен приняла шутливый тон Гонсалеса.
— Спасибо. Но я все-таки должен поздравить вас дважды. По-моему, так, — насмешливо прищурился Мигель, — во всяком случае, ваша «супружеская пара» выглядит на редкость гармонично.
— Это правда, — весело подтвердила Элен, — мы собираемся пожениться.
— И не пригласили на свадьбу?
— Ну что ты, — Элен даже рассмеялась, — ты будешь первый гость. Впрочем, нет, свидетель со стороны жениха.
— А нельзя со стороны невесты?
— Увы! Я уже обещала вашему комиссару.
— Ну и типы. Шарль отбил красивую женщину, наш комиссар лишил меня возможности поцеловать невесту. Не везет мне с женщинами и с друзьями. Впрочем, я думаю, что на правах друга жениха могу позволить себе такую вольность.
— Думаю, можешь, — согласилась Элен, — хотя, впрочем, нет. Я не могу решать. Надо спросить моего будущего мужа. Он такой ревнивый, просто ужас. Знаешь, я однажды ночью не пришла домой, и он устроил мне сцену ревности.
Прямо Отелло.
— Уже? — Мигель пришел в притворный ужас. — Еще не успели пожениться, а ты уже обманываешь, — он вздохнул, — впрочем, я всегда говорил: нельзя доверять женщинам. Особенно красивым.
— Ты смотри, какой женоненавистник! Хорошо еще, что я буду не твоей женой. Впрочем, с такими взглядами… — Элен покачала головой. — Я не знаю, стоит ли ему разрешить один поцелуй. Как ты считаешь, Шарль?
— Решай сама.
