Вот и Слада должна была сегодня утром попасть под ее заботливое крыло. Хватов даже указал, какое рабочее место нужно выделить девушке — стол, который в первую очередь видно на выходе из лифта.
Каково же было разочарование Данила, когда он подошел и обнаружил, что выбранный стол пустовал. Он резко и недовольно выдохнул, а потом услышал глухой стук и резкое:
— Ой…
«Ой» раздалось из-под стола.
— Доброе утро, Данил Викторович, — проговорила Ольга: ее рабочий стол располагался ближе всего.
— Доброе, — ответил он.
Не удержался, шагнул вперед и заглянул за стол, из-под которого и раздалось злосчастное «ой».
Очень похоже, кто-то треснулся головой о стол.
— Вы в порядке? — поинтересовался с усмешкой.
Заметил, что оттуда выглядывают чьи-то каблуки. Через пару секунд из-под стола показалась обтянутая черной юбкой очаровательная попка, потом спина и, наконец, сама…
«Белоснежка!»
Он шумно вздохнул, когда Милова поднялась на ноги."
"— Здравствуйте, — сдавленно проговорила она. — А я просто ручку уронила…
— Нашли? — спросил Хватов.
— А? Что? — она то ли не поняла, то ли не расслышала и, похоже, оказалась загипнотизирована его взглядом.
— Ручку нашли? — уточнил.
— Нет, — пискнула она.
— Значит, поищете позже. Сейчас принесите мне кофе.
— Да! — чересчур громко ответила Слада. — То есть конечно! То есть обязательно… всенепременно…
На последнем слове она наконец заткнулась, даже губу прикусила.
Хватов кивнул и, посмеиваясь про себя, повернул в свой кабинет.
Ждал обещанного кофе целых пятнадцать минут. Небывалый срок, но всё же дождался. Слада появилась в кабинете с большим подносом.
Данил взглядом указал на свободное пространство стола слева от себя.
С любопытством наблюдал, как Слада двинулась к нему на явно непривычных ей шпильках. Впрочем, шла аккуратно, даже элегантно. Залюбовался ее фигурой.
Как же ей шла униформа! Убранные назад волосы открывали милое взгляду лицо. Ему очень понравилось, как новая блузка облегала стройную фигуру Белоснежки.
В зеленом цвете девушка смотрелась шикарно, выглядела именно так, как ему нравилось больше всего.
Хватов невольно расплылся в полуулыбке, когда она подошла к его столу. На подносе красовался серебристый кофейник, чашка, блюдце с лимоном, вазочка с конфетами из бельгийского шоколада и печеньем, настолько свежим, что всё еще пахло сладостью даже на расстоянии.
Сладкое он не особенно любил, но само его наличие оставалось важным спустя годы.
